Как известно, у живущих в тайге людей всегда скапливается куча пищевых отходов. За оградой прииска вырыли большую яму и сваливали туда кухонные очистки и весь лишний мусор.

И вот к этой яме повадился ходить очнувшийся от спячки мишка. За зиму он разленился, отвык добывать пропитание самостоятельно и каждое утро являлся лакомиться прямо к приисковой стене.

Выходить за ограду стало опасно, и с непрошеным гостем надо было кончать.

Поскольку мишка как часы являлся обедать ровно в полдень, мужчины устроили засаду, и, как только топтыгин появился, разом выпалили в него из нескольких ружей. Но странно — все пули пролетели мимо, а мишка шарахнулся в сторону и убежал в лес несолоно хлебавши.

Кажется, отвадили… Все облегченно вздохнули. Но таежный халявщик вновь вернулся на следующий день.

Опять залп — и опять мимо.

Да что он, заговоренный, что ли?!

Несколько дней все по очереди устраивали засаду, а медведь словно дразнил, являлся в свое время и начинал пиршество.

Мужчины уже зарок дали, что тот, кому удастся уложить мишку, торжественно расстанется с окладистой бородой.

Сразил его наконец, причем одной — единственной пулей, старший техник Василий.

Но еще долго никто не решался подойти к завалившемуся в яму «хозяину». Не верили. Вдруг подранок? Тогда вмиг задерет…

На всякий пожарный подъехали на бульдозере. И еще долго палили в упор. Все казалось, что медведь шевелится… А это ветер трепал шерсть и загибал ему ухо…

Поэтому Юлькина шкура, по большому счету, некондиция: дырок много.

Но Юлька была этому рада. Иначе ее пушистое чудо давным-давно отправили бы в заготконтору…

Пока таежники колдовали над мангалом, Костя неожиданно решил снять один маленький кадрик.

— Сам же говорил, что работа отменяется… — протянула Юлька, чувствуя себя настоящей именинницей, которой можно и покапризничать.

— Так тебе ничего делать не надо. Просто стой рядом и смотри в кадр. Я промывку сниму.

Один из бородачей усмехнулся и приготовил автоматический лоток с породой.

— Нет здесь ничего, одна грязь осталась.

Костя загадочно усмехнулся и припал к глазку камеры.

Юлька встала напротив него с микрофоном, следя, как медленно просеивается, вымывается, вибрирует в лотке грязноватая масса. Ей очень хотелось, чтобы на дне осталась хотя бы крохотная крупинка золота… пусть меньше пылинки…

И вдруг крупный камешек сдвинулся в сторону, и что-то ярко блеснуло на солнце.

— Смотри! Смотри! Вот! — не помня себя от восторга, закричала Юлька.

А Костя невозмутимо навел трансфокатор на более крупный план.

Юлька не утерпела и выхватила из породы большущий тяжелый слиток. Его причудливо изломленные грани тускло сияли золотым отливом.

— Новичкам всегда везет, — усмехнулся бородач.

— Вы видите? — Юлька разжала ладошку и торжественно сказала в камеру: — Это настоящий самородок! Такой тяжелый!

— Снято! — крикнул Костя и согнулся пополам от смеха. Рядом тоненько захихикала Валентина.

Она была в курсе… Ведь именно из ее конфеты Костя вынул золотую фольгу и долго колдовал над ней, прогревая вместе со свечным стеарином и шлифуя бока, как настоящий алхимик.

— Не все то золото, что блестит, — заявил Юльке Костя. — Зато кадр получился замечательный! Такая живая реакция…

— Балбес! — парировала Юлька.

Она совсем не обиделась на розыгрыш. Даже очень хорошо, что самородок не настоящий… Потому что она чувствовала себя, как рыбак, вытащивший пудовую рыбину, и ни за что не согласилась бы расстаться со своим уловом…

Едва над мангалом потянулся аппетитный дымок, как в ворота с урчанием въехал армейский вездеход. Это и были долгожданные гости — ребята с ближней заставы, свободные от нарядов.

Тут же накрыли длинный стол, уставили его вереницей бутылок, флягами с чистым спиртом, мисками с дымящимся, пахнущим костром мясом…

Что-что, а пить таежники умели… Военные тоже от них не отставали, а уж Костю с его операторской выучкой трудно было перещеголять…

За именинницу, за знакомство, за ее сестру и родителей и за жизнь вообще…

— Первый раз я сестренку не поздравила, — вздохнула Юлька. — И меня никто из моих тоже…

— А почему? В чем проблема? — изумился молоденький лейтенант.

— Так ведь связи нет…

— Ха! — ухмыльнулся он. — А мы на что?

В вездеходе оказалась рация, и все дружной толпой отправились туда, клятвенно пообещав связать Юльку с Москвой всеми правдами и неправдами.

— Сокол, Сокол, я Ястреб! — орал лейтенантик. — Слышишь? Тут такое дело: надо девушке хорошей помочь!.. Где девушку взял? В тайге нашел! — Он хохотал, довольный своим остроумием. — Сокол! Свяжи с округом! Дай мне Беркута!