Но даже с помощью замка работа оказалась утомительной,и хватило ее дo глубокой ночи. Ловили, кидaли сонные чары, снимали черную ауру Грани, будили… Обслугу отправляли заниматься делом, разбойников – в казарму, отдыхать и ждать нового приказа от хозяина.

– Соберем их в кучу,так проще будет, - объяснил Турвон. – Кинуть сонные чары на всех,и бери тепленькими. К тому же у Древнего на них права, вот пусть он и занимается.

На некроманта с учеником смотрели опасливо, кланялись и спешили убраться с глаз долой. Даже разбойники. Как они,интересно, его убивали бы? Или этим грязным делом «сьер Онье» собирался заняться лично?

Когда выловили всех, Мариус уже посерел от слишком большого расхода магии.

– Пойдем-ка, - сказал Турвон, - поищем чего-нибудь съедобного. Авось не откажут в ужине двум очень голодным некромантам.

– Если кухарка уже пришла в себя, - безнадежно вздохнул Мариус.

– Зря вздыхаешь. Деревенская баба это тебе не цветочек из дворца. Хотя, когда дело касается Грани,и нежные столичные дамы часто оказываются покрепче мужчин.

– Да не может быть! – от возмущения на лицо парня даже краски вернулись.
– Они же трусихи все! Не зря же магички хоть редко, но встречаются, а женщин-некромантов не было ни одной за всю историю. Вон Вирита как перепугалась…

– Дурень ты, а Вирита твоя просто еще девчонка, - беззлобно фыркнул Турвон. И впрямь, давно пора было просветить ученика на этот счет.
– У женщин с Гранью другие отношения. Тебе нужен дар и крепкие нервы, да ещё учеба, какую не всякий выдержит. Зато и работать сможешь как полноценный некромант. А женщины… – он покачал головой.
– Ты, сопляк, радуйся, что мужчинам природой рожать не дано. Каждая вторая, когда рожает, на Грань заглядывает. Любая из них смогла бы стать некромантом, вот только для этого в ее голове должно что-то очень сильно сдвинуться. У женщин некро-дар – стихийный, от чувств, а не от разума, и добрыми эти чувства, сам должен понимать, нe назвать даже в шутку. Бездна упаси нас и наш мир от некросов-женщин. Были они в истории, ещё как были.

– Но… а что ж никто о них не знает?

– Потому что страху нагнали такого, что даже помнить люди не хотели. Очень постарались забыть – и забыли. А что бабы все – трусихи… ты, главное, в лицо своей девице эту глупость не ляпни. Мало ли, что перепугалась. Женщина в драку не полезет, потому что ей это не нужно. Но попробуй тронь то, что ей дорого – разъяренный дракон покажется милее.

Мариус покачал головой,то ли удивляясь,то ли не веря. Но спорить не стал. Да если бы и стал – убеждать его Турвон не собирался. Зачем? Кто не принимает в расчет дружеских предупреждений, того жизнь учит наглядно. А сейчас хотелось не о том думать, а о сытном горячем ужине, уютной кровати и тихой ночи без тревог и неожиданностей.

Кухарка и впрямь уже пришла в себя от пережитого ужаса и вовсю суетилась над кастрюлями и котлами. Некромантов встретила почтительно, тут же, не спрашивая, предложила все самое вкусное – умная женщина, что сказать!

– Хозяин ужинал?
– спросил Турвон.

– Да, с гостьей вместе, - закивала кухарка.
– Велел вам передать, если появитесь, что до утра он занят, завтра днем поговорить сможет.

– А девушка? Тоже занята?
– Мариус нахмурился, став отчего-то похожим на готового к драке бойцовского пса.

– Так спать отправилась, - удивленно ответила женщина.
– Время-то уж, ночь глухая на дворе. Господин велел Марсии с ней пойти, помочь там что, постель приготовить, да и просто рядом побыть, чтоб не страшно барышне спать-то было. А то вона, жути какой нынче натерпелись! Спаси нас Великая!

– Сказала ж тебе Наталья, ничего с ней не случится, - напомнил Турвон. – Не изображай из себя оленя в гоне. А то родится из-за тебя новая легенда, – он усмехнулся, – что в Оленьем Логу людям жить нельзя, потому как превращаются из людей в рогачей.

Мариуc аж пивом пoперхнулся, пришлось похлопать по спине. И до самого конца ужина больше рта не открывал. А Турвон забавлялся – надо же, оказывается, его ученик умеет смущаться!

Заведя знакомство с богом,

не строй из себя ангела!

Замок Наташе по?равился. Это вам не тесная и угрюмая некромантская башня, а целый дворец! Не Эрмитаж ни разу, конечно, но все равно впечатляет. Укрытые сумраком залы и переходы, в которых гуляет эхо, широкие лестницы и галереи, каменные перила, отполированные до гладкости шелка, узкие стрельчатые окна,толстые стены, бронзовые, покрытые патиной фигурные дер?атели для факелов и фонарей, потертые гобелены, от которых так и веет стариной… Как-то Наталья побывала в настоящем замке – туристкой; нo это было совсем не то. ?громная все-таки разница между жилым домом и музеем, между вещами, которыми пользуются каждый день, и экспонатами. Вести рукой по перилам, касаться стен, рассматривать вытканные на гобеленах сцены любви, войны и охоты – волшебное, будоражащее ощущение. Казалось даже, что и замку приятно ее внимание.

Древний, похоже, колдовал что-то – она не вникала, просто держалась рядом и старалась не мешать. Чувствовала магию, темную и вязкую, тревожащую. Наверное, отголоски ритуала,и, наверное, они должны были ощущаться неприятно – но после Грани казались ерундой. Да и рядом с Древним уж точно нечего бояться. Хотя интересно, кстати, насколько в теле человека он сохранил божественные способности?

– Сохранил, не сомневайся, - уверил тот.

– Да уж вижу, мысли по–прежнему читаешь. И что теперь? Тело получил, имя и прочая легализация прилагаются, вот только вряд ли жизнь разбойника тебя устроит. Что делать будешь?