Когда Лорд Виннар узнал, что жизни Эннелии ничего уже не угрожает, немного успокоился и решил наконец выяснить, какие изменения произошли в замке. Он вызвал к себе Юргена и с любопытством выслушивал его доклады, как Эннелия разобралась с Касселией, вернула похищенные ею драгоценности, как навела порядок среди слуг и жителей селения. За это время Лорд уже успел оценить качество обедов, с интересом знакомился с тремя молодыми парнями, которые сейчас хозяйничали на кухне, где царил образцовый порядок. Старший брат Киррис вел себя достойно и почтительно. Кухню было не узнать. Все сделано по уму и для удобства работы.

Оставленные в замке слуги не вызвали у него сомнений в своей верности хозяевам. А когда он увидел, как Лизерра и Аннина с любовью ухаживают за своей хозяйкой и стоят на страже ее покоев, поверил, что он сделал слишком поспешные выводы о вздорности своей жены. Несколько раз он хотел поговорить с ней, но его не пускали в покои жены. Это немного обижало Валентена, но он понимал, что жена, которая так гордилась своим личиком, сейчас не хочет представать перед ним в неприглядном виде.

Через день в замок прибыла Лессандра с двумя своими служанками. Валентен встретил ее в холле замка, выразил свое удивление ее появлением, но она сразу заявила, что император лично просил ее помочь дочери встать на ноги, проследить за тем, чтобы ей было хорошо. И пока Эннелия не поправиться и не поднимется на ноги, она никуда не уедет. И вообще, молодой жене нужна компания и кто-то из старших и опытных девушек должен руководить ею.

Лессандра решительно направилась в сторону комнат, которые всегда занимала, когда гостила в замке, расположенных напротив комнат Лорда. Но в них Эннелия устроила библиотеку и небольшую уютную комнату для приемов, чем вызвала недовольство Лессандры, которое ей с трудом удалось скрыть. Ее разместили в западном крыле, которые с легкой руки Эннелии слуги стали называть «гостевыми покоями». Лессандре это явно не понравилось, но открыто она не высказала свое недовольство.

Когда Лессандра хотела проведать Эннелию, та отказалась принять ее, сославшись на усталость. Но Лессандру это не огорчило, она с энтузиазмом принялась за Лорда Виннара, требуя постоянного нахождения рядом с ней. Целый день он терпел ее присутствие, вместе с ней прогулялся по парку. Каждый раз, приближаясь к ней, ощущал какое-то неприятное чувство и Черный в груди начинал фыркать и отплевываться.

«Да что такое?
– не вытерпел Валентен.
– Чего фыркаешь?»

«Да на ней артефакт приворота, - ответил Черный.
– Гадость какая! Какая-то черная клякса по ощущениям, воняющая, как старый солдатский носок».

«И что мне делать?»

«Ничего, я сам все делаю. Вот так всегда, все на себя беру, а тебе никто спасибо и не скажет», - ворчал Черный.

Вечером после ужина Валентен постарался отделаться от Лессандры, отговорился необходимостью заняться делами замка. Она недовольная ушла к себе в комнаты.

На следующий день все началось заново, Лессандра изо всех сил старалась завладеть его вниманием, прижималась к нему максимально близко, когда брала его под руку. Ее платья с огромным декольте почти не скрывали содержимое лифа, которым она старалась соблазнить Лорда. И каждый раз Черный фыркал и плевался:

«Если можно было бы, она б голой перед тобой ходила. До чего противная баба».

Когда Валентен снова высказал свое недовольство его ворчанием, Черный ответил:

«Скажи спасибо, что я убираю воздействие артефакта, а то ты давно бы целовал следы ее ног».

На третий день пребывания Лесандры Валентену удалось избежать совместного с ней завтрака. Но в обед пришлось наступить на себя и вытерпеть ее присутствие за столом. Снова не прикрытая в ее глазах похоть затапливала весь зал. Она даже постаралась под столом подразнить его своей ножкой, но он только отодвинулся от нее подальше, чем вызвал недовольство, которое она постаралась скрыть, но получалось плохо. И снова на ней было такое декольте, что были видны ареолы ее грудей.

После обеда она уцепила его за руку и попросила составить ей компанию на прогулке по саду. Он не нашел слов, чтобы отказаться. Прогуливаясь по обновленному саду, он выслушивал трепетные признания Лессандры, как она сожалеет о том, что случилось с его женой и что та теперь не будет такой красоткой, как была раньше, останется уродкой и он никуда не сможет взять ее с собой. И вряд ли здоровье принцессы после отравления будет прежним и она не сможет родить ему здоровых детей.

– Дорогая, а на что ты намекаешь?
– прервал он ее щебетание.

– Я не намекаю, я прямо говорю, что твоя жена не сможет достойно занять свое место рядом с тобой. И не сможет стать матерью твоим детям!

На ее слова в голове Виннара раздавался брезгливый рык Черного:

«Себя, дурочка, предлагает. Так и тянет тебя в постель. Не сдавайся, ничего хорошего, кроме плохого не получится. Не твоя женщина и не трогай даже. Брось каку».

– Так что же ты хочешь сказать? Ты же знаешь, что развестись с Эннелией я не смогу.

– Да знаю я, - с какой-то досадой и раздражением проговорила Лессандра, но опомнилась и заулыбалась слащавой улыбкой, - просто я жалею тебя! Помнишь же, как нам было хорошо вместе? Как ты любил меня? Я обещала, что когда ты вернешься с войны, отдам тебе свою невинность и ты говорил, что женишься на мне после этого.

– Я помню, как ты так слишком настойчиво предлагала себя, но не помню, чтобы обещал жениться на тебе, - ответил Виннар, - и слышал, как ты разносила по дворцу эту сплетню. Чего ты добивалась?