– Алиса беременна.

– О, Господи, сочувствую!

Алиса была младшей сестрой Памелы, только недавно вышедшей замуж.

– И теперь дорогая Джоан все время тычет Памелу носом, напоминая ей о том, что та запаздывает, - продолжал Ксандр.

– А что по этому поводу думает ее гинеколог?

– Он не находит у нее никаких отклонений. Джоан хочет, чтобы она показалась другому специалисту. В общем, вина целиком ложится на меня. Памела каждое утро измеряет температуру. Предполагается, что в случае ее повышения я должен немедленно приступать к исполнению своих супружеских обязанностей. Но я вечно то просплю, то сил нет с похмелья, то вообще дома не ночую, как в прошлую ночь. Вряд ли что-то произойдет, пока я лежу на своей половине кровати, читая Дика Фрэнсиса, а она на своей, просматривая книги по садоводству.

Он говорил сейчас возбужденно. Я понимала, что он абсолютно не создан для семейной жизни.

– Совершенный ад?
– спросила я.

Он пожал плечами.

– В подготовительной школе было еще хуже, но там хоть каникулы были подлиннее.

– Не волнуйся, она скоро забеременеет.

Ксандр был занят тем, что заказывал кофе с коньяком, а я - тем, что извлекала застрявший в зубах кусочек бекона, когда, подняв голову, я увидела появившегося в дверях юношу лет двадцати трех: темные волосы, длинные как у Шелли, огромные томные черные глаза и средиземноморский загар. На нем были синие брюки в тонкую полоску. На плечи небрежно наброшен пиджак. Распахнутая на груди светло-голубая рубашка позволяла видеть в зарослях черных волос множество золотых медальонов. Короче - вид кинозвезды. На секунду верность моя Джереми была поколеблена.

– Ты только посмотри, - выдохнула я, обращаясь к Ксандру.

– Уже смотрю, - сказал Ксандр.

Легкий румянец неожиданно проступил на бледных щеках Ксандра, когда смуглый юноша, оглядевшись вокруг и заметив Ксандра, помахал ему рукой и ленивой походкой направился к нашему столу.

– “Костюм в полоску ты надень и будешь счастлив целый день”, - пробормотал Ксандр.

– Привет!
– сказал смуглый парень.
– Я боялся, что не застану тебя. Жуткие пробки!

Он говорил с сильным иностранным акцентом. Парень бросил на меня откровенно неприязненный взгляд, который несколько смягчился, когда Ксандр представил нас друг другу.

– Это моя сестра, Октавия. Дорогая, а это - Гвидо. Он из Флоренции. Должен признаться, что всего за одну поездку во Флоренцию я узнал больше, чем за все время, проведенное в Редли.

Подсев к нам, Гвидо заметил, что ему следовало предположить, что у Ксандра такая красивая сестра. Мрачное настроение Ксандра улетучилось. Он заметно повеселел.

– Гвидо работает в галерее “Веллингтон”, - сказал он.
– В данный момент он, правда, впал в немилость, так как, спасаясь от назойливого внимания владельца галереи, попятился и наступил на одно из творений Сислея.

– Еще порцию виски и кофе, - обратился он к официанту.

Гвидо совершенно открыто уставился на Ксандра. Его взгляд скользнул мимо меня, не задержавшись. Так мужчины обычно равнодушно пропускают в газетах страницу для женщин, зная, что для них там нет ничего интересного.

– Как поживает твоя милая жена?
– спросил он.

– Мило. Торчит в бассейне. Ты должен зайти к нам в уик-энд.

Почувствовав вдруг себя лишней, я встала.

– Мне надо идти.
– сказала я.

– Ну, если надо, - охотно согласился Ксандр.

Вдруг он вспомнил.

– Я ведь собирался дать тебе денег. Пойдем, поговорим с Фредди. Я сейчас вернусь, - сказал он, обращаясь к Гвидо.

Мы нашли Фредди в баре.

– Послушай, - сказал Ксандр, глядя Фредди прямо в глаза, - ты не мог бы обналичить чек на небольшую сумму?

– Конечно. На какую сумму?

– Двести фунтов.

Фредди, не моргнув глазом, вытащил из кармана толстую нераспечатанную пачку денег и выложил на стойку двадцать десятифунтовых банкнот.

– Я выпишу чек каким-нибудь числом в начале месяца. Можно?

– Пожалуйста, - невозмутимо ответил Фредди, - я всегда могу возбудить против тебя дело.

Ксандр вручил мне деньги и проводил до дверей. Я горячо его поблагодарила.

– Не думай об этом, - сказал он.
– Веселись со своим Джереми-Рыболовом, только оставь за собой право выбора и блюди себя. Не сбрасывай со счетов и Гарэта Ллевелина, от него многое может зависеть в нашей жизни. Тебе не кажется, - кивнул он в направлении ресторана, - что это одно из восхитительнейших существ, которое ты когда-нибудь встречала?

– Безусловно, - сказала я, упав духом.
– Только, ради Бога, будь осторожен, Александр.

– Ты тоже, дорогая. Позвони, когда вернешься.

И он ушел, стараясь не показывать вида, как торопится взбежать по лестнице.

Почувствовав себя совершенно опустошенной, я решила зайти в “Хатчхард” - купить несколько книг с претензией на интеллектуальность, чтобы поразить Джереми на яхте.

Глава пятая

К вечеру пятницы я была бронзовой от загара и готовой к действиям. Поразмыслив, я поняла, что Ксандр был прав: мне следовало взять курс на примирение с Гарэтом. Необходимо расположить его к себе. В пять тридцать я уже ждала его с тремя набитыми чемоданами. Я надела дико дорогой блейзер в розовую и белую Полоску, под которым ничего не было, белые брюки и вишневые ботинки. Конечно и блейзер, и ботинки были не для такой жары, но я полагала, что в машине не успею запариться. Я была очень довольна своим видом.