Сумасшедший, несомненно, был человеком, уставшим от андроидов и бессмысленной роскоши, от постоянного движения, не приводящего никуда. Сумасшедший, может быть, с искрой поэзии в душе, с пытливым разумом и крошечным, запрещенным вулканом в сердце. Или, может быть, как Черил, он был жертвой слишком большого количества "красных толчков".

Маркхэм вздрогнул и снова посмотрел на студию. Надпись над дверью состояла из радужных букв на металлическом фоне: "Студия "Лотос"".

– Войдем.
– Рассеянно он взял Марион-А под руку.

Из осеннего лондонского вечера они окунулись в мир грез, где не существовало времени, в мир южного острова в Тихом океане. Над ними, в ясном голубом небе чарующей глубины, пылало солнце.

Маркхэм стоял, пораженный, под настоящими пальмами на поросшем травой холме, а вокруг лежал золотой песок. Тихоокеанские волны с шумом накатывались на пляж, и океан, казалось, простирается в туманную бесконечность.

– Вы можете пройти в кабину для переодевания, сэр.
– Мужчина-андроид в легкой рубашке и с гирляндой приятно пахнувших цветов на шее появился около Маркхэма. Его проводили в маленькую кабинку, где предложили переодеться в явно поношенные пляжные брюки и сандалии. Когда он вернулся к Марион-А, то увидел, что она одета в легкое болеро и невообразимую юбку из травы.

Он снова посмотрел на голубое небо и слепящее солнце. Впечатления были вполне реальными. Вполне можно было поверить, что остров настоящий и что он попал в другое измерение. Птицы с ярким оперением порхали и щебетали в миниатюрном лесу, а на берегу кто-то вытаскивал из синтетического океана возмущенную черепаху.

– Присоединимся к счастливой толпе и позагораем, - предложил Маркхэм, разглядывая группы смеющихся людей у воды.

Он удивился еще больше, когда обнаружил, что раковины и камни настоящие, кораллы в лагуне - тоже, и его очень смущала отдаленная линия горизонта, так как он знал, что диаметр студии едва превышает сотню ярдов.

– Хэлло, хэлло, - услышал он голос позади.
– Как дела, старина? Вы выглядите, как будто на вас уздечку накинули. Пойдемте, присоединяйтесь к нам.

Маркхэм обернулся и увидел улыбающееся бородатое лицо под поношенной соломенной шляпой. Он понял, что видел этого человека, но не мог узнать его.

– Черт меня возьми, вы уже забыли, - обиженно сказал незнакомец.
– Я Брессинг, дорогой друг. Антан Брессинг. Я был там, в санатории, когда вы пришли в сознание. Помните?

Маркхэм извинился, и Брессинг провел его и Марион-А к группе, состоявшей из двух андроидов и девушки.

Девушку звали Солуна, и, очевидно, эта крупная, пышная блондинка была возлюбленной Брессинга. Андроиды - мужчина и женщина - с серьезным видом танцевали, а Солуна давала им подробные указания.

– У меня появилась идея насчет нового балета-маскарада, - сказала она, когда Брессинг их представил.
– Антан, я бы хотела, чтобы ты убедил эту идиотку Руфь синтезировать побольше эмоций. Ричард, похоже, понял мою мысль, а вот она как кукла на коньках.

Руфь-В, персональный андроид Брессинга, была ростом чуть пониже Марион-А. И разговаривала она совсем иначе. Когда Брессинг обращался к ней, она отвечала не сразу, только после некоторого раздумья. Другой андроид, Ричард, персональный андроид Солуны, был смоделирован в южноамериканском стиле, со смуглыми, но не выразительными чертами. Он также относился к классификации В.

Вспомнив, как Проф. Хиггенс допрашивал Марион-А в Хэмпстеде, Маркхэм воспользовался возможностью и спросил Брессинга, что означает классификация андроидов.

По какой-то непонятной причине спрашивать Марион-А он не хотел.

Брессинг отправил Руфь-В к берегу за выпивкой и закусками, а потом сказал:

– Согласись, старина, трудно ожидать, чтобы художник обращал внимание на такие вещи. Я только и знаю, что А-андроиды очень умные, В-модели слегка туповаты, а С-модели используются только для рутинных дел. Но что означают марка и функция, я не представляю... Вообще-то удивительно, что вам дали А-андроида. Обычно их используют для государственной службы.

Маркхэм повернулся к Марион-А и странно улыбнулся:

– Если я не ошибаюсь, вы сказали, что вы А-три-альфа, не правда ли?

– Да, сэр.

– Ну и мутации!
– воскликнула Солуна, в упор глядя на нее.
– Соломон только на две отметки выше вас.

– А кто такой Соломон?
– спросил Маркхэм.

– Премьер-министр, - ответил Брессинг.
– Возглавляет постоянную Гражданскую Службу, вы понимаете. Он непосредственно подчиняется президенту Бертранду в делах управления республикой.

– Я могла бы понять, почему вам дали А-андро-ида, - вставила Солуна, но А-три-альфа! Психоп-роп, значит, ценит вас очень высоко...
– Она взглянула на него с интересом.
– Конечно, - лукаво добавила девушка, - они, наверное, решили, что вам необходим умный андроид, чтобы уберечь вас от беды.

– Какой беды? Солуна засмеялась:

– Я видела интервью с вами. Вы можете быть опасным, попав в плохую компанию.

– Понимаю. А вы не могли бы поподробнее? Солуна бросила быстрый взгляд на Марион-А: