— Дебора! Успокойся! Мне больно!

Я на секунду замерла, а потом заколотила наугад кулаками и ногами и завопила:

— Как вы меня все задолбали! ВСЕ!

— Дебора, она не опасна.

— Я по горло сыта вашими выходками! Отец, мама, Элоиза, эта дура Таня, твой чёртов тарантул! КУЧКА ИДИОТОВ!

Я дала коленом Джамалю между ног, и тот сразу обмяк, но не ослабил хватку. Его красное лицо окрасилось в фиолетовый.

Я тут же успокоилась. В любом случае из его рук вырваться невозможно.

Согнувшись вдвое, скривив губы, отчего показалось, что одной не хватает, Джамаль открыл глаз, и я прочитала в его взгляде боль, уважение, гнев и немного веселья — странный коктейль.

Я пощупала его хилые бицепсы:

— В качалку ходишь?

Он выразительно посмотрел на меня, выпрямился как смог и улыбнулся.

— Виктор! — закричал он, не сводя с меня глаз. — Хорошая новость: Дебора снова с нами!

— Хватит орать, у меня сейчас барабанные перепонки лопнут! — рявкнула я.

— И, похоже, путь был неблизкий… — послышался голос Виктора из гостиной.

Я вздохнула.

— А теперь, дорогая Дебора, изволь проследовать за мной: мы вернём Гертруду в террариум и проведём отличный вечер.

На цыпочках я шла за ним по пятам.

— А что случится, если я случайно наступлю на неё? — прошептала я.

— Это паук, Дебора, она не знает французского. Можешь разговаривать нормально. И у тебя не получится наступить на неё случайно: она размером с тарелку.

Если я и дальше буду так потеть, то умру от обезвоживания.

Мы снова добрались до гостиной: Виктор не двинулся с места ни на сантиметр, остолбенев на стуле. От одного его вида хотелось засмеяться.

— Залезай, а я проверю под диваном, — приказал Джамаль. — Ничего особенного, но если ты её увидишь и психанёшь, можешь поранить.

Он боится за своего тарантула.

Со скоростью ленивца я направилась к стулу, осмотрев его со всех сторон в поисках возможной гостьи, и подтащила стул к Виктору.

— Привет, — промямлила я, взгромоздившись.

— Ну что, говоришь, фиговый день выдался? — спросил Виктор, пока Джамаль ползал по гостиной на четвереньках.

— Вот только не делай беспечный вид, ты похож на мертвеца.

— Разница между мной и тобой в том, — ответил он, — что я уже видел Гертруду и знаю, почему вот-вот наделаю в штаны.

Потеряв дар речи, я наблюдала за каждым движением Джамаля, стараясь разглядеть хоть малейший признак присутствия тарантула.

— Она и вправду размером с тарелку?

— Она ужасна.

— Я вас слышу! Не говорите гадостей о Гертруде!

— А её террариум воняет, — продолжил Виктор. — И её подружки тоже. Короче, этот парень — псих, и нам не следует тут оставаться. Пойдём куда-нибудь поужинаем?

В этот самый момент кто-то позвонил в дверь, и я подпрыгнула.

— А, доставка пиццы и тирамису! Я сейчас, — сказал Джамаль.

Так я осталась наедине с Виктором.

И, может быть, с Гертрудой.

— Что будем делать, если увидим её? — снова зашептала я, не в силах удержаться.

— Кричать.

— Ты можешь не шутить хотя бы пару секунд?

— А я серьёзно. Я с места не сдвинусь.

— А если она полезет к тебе на стул?

— Твою ж!

Сделав вид, что бросает меня, Виктор выбежал из гостиной. Я догнала его в мгновение ока, и вместе мы помчались в прихожую к Джамалю — единственному человеку, способному справиться с ситуацией. По крайней мере, мы на это надеялись.

Доставщик поставил коробки с пиццей на буфет в стиле ар-деко и протянул Джамалю терминал для банковских карт. Бедняга уже собирался поздороваться с нами, как вдруг задрожал:

— Это ещё что за хрень?!

Его лицо исказил ужас.

Неописуемый ужас.

А смотрел он мне за спину.

Даже не оборачиваясь, я завопила так, будто мне вантузом вырывали грудь, и помчалась со всех ног, толкнув по дороге доставщика.

— НЕ БЕГАЙТЕ, БЛИН! ВЫ ЕЁ НАПУГАЕТЕ! — заорал Джамаль.

Бросившись в другой коридор, я заметила лестницу, но решила не менять направления и случайно своротила вазу, которая с оглушительным звоном разбилась. Однако я бежала не останавливаясь, сжав кулаки в твёрдом намерении убраться подальше от монстра.