– Шатун.

Тихое слово было для девушки словно самый яростный гром. Тяжелый выдох застрял где-то на пути к горлу и отказывался выходить наружу, застопорив неприятно пораженную сталкершу.

Она слышала как-то раз или два байку про этих существ, якобы Зона их копирует и оставляет жить как ни в чем не бывало, в то время как оригинал умирает под Выбросом. Редко когда остается в живых, и различить одного от другого практически невозможно. Казалось бы, так всё просто, но ведь говорили, что и жить они могут как среди сталкерства, так и на отшибах, бесцельно топча чертову землю и питаясь местным изувеченным зверьем, да и сами они…

– Я не могу быть мутантом. – Поражение и горесть сменились обидой и яростью. Хотелось верить, что всё это просто очередная глава затянувшегося дурного сна. Фенек посмотрела на своего спасителя так, словно бы он был виновен в её создании и, как оказалось, не совсем нормальной природе. Не сводя зеленых глаз, та обозлённо зашипела сквозь сжатые зубы: - Я жила среди людей столько времени, ела с ними за одном столом, работала, спала с ними – какой же я мутант?!

Шухов молчал, да и по виду класть он хотел на какие-то её претензии. Девушка его отнюдь не винила и не хотела этого делать, но понимала, что в сердцах сказать и сделать может едва ли не всё, что угодно. Ей не было противно, но тело моментально стало казаться каким-то чужим; клеткой, в которую заперли душу, и выхода из которой не добьешься ни одной апелляцией.

– Кем был мой оригинал? – Рьяно спросила Фенек, задавая уже не риторический вопрос. – Почему он оказался настолько тупым, что подох под сраным Выбросом?! Или всё-таки не подох?! Тогда он мне должен чёртов палец!

Сталкерша выплёвывала слава, словно горькую желчь, не в состоянии быстро успокоится, приняв обидную действительность.

– Не знаю. Оригинал мёртв, связи не вижу. – Обыденно ответил Шухов на язву девушки.

– Тогда верни мне память. – Фенек иронично взметнула кверху брови и усмехнулась, стараясь удержать дрожь в теле: ярость усиливала ту, имевшуюся от не прекращаемого холода. – Хотя бы понять, за что меня хотят грохнуть.

– Нечего возвращать. – Сказал – как отрезал и хмуро сощурил глаза. – Тебя не существовало, нет никаких воспоминаний.

– Хорошо, а тот поехавший найм? – Отказывалась просто так сдаваться девушка. – Он что-то знает. Покажи мне его мысли!

– Нет. – Безапелляционно отрезал все пути к обсуждению Шухов.

Фенек раздраженно фыркнула и развернувшись обратно к окну, хотела было шарахнуть ладонями по подоконнику: внутри бушевало болезненное пламя и что с ним делать сталкерша совсем не знала. Занесла руки и замерла тут же, едва начав их опускать. Подоконник был усыпан разного размера осколками от оконных стёкол и не хватало ещё пораниться о пыльные опасные углы. Возможно это секундное осознание помогло девушке немного успокоиться и взять себя в руки.

Она ведет себя неправильно, отвратительно. Не то существо Черный сталкер, с которого следовало бы что-то требовать, ведь что мешает ему прямо сейчас вернуть психованную дамочку обратно в темный сырой подвал наёмников? Абсолютно ничего.

– Что ты хочешь за моё спасение? – Кратно спокойнее задала вопрос Фенек, надеясь переводом темы сгладить сформированные ею же острые углы в беседе. К тому же, замалчивать обязанность слишком долго было просто преступно: у всего есть цена, даже у её собственной жизни. Осталось узнать только какова она.

– Убьёшь одного сталкера – и можешь быть свободна. – Недолго думая, озвучил своё требование спаситель.

Девушка горько усмехнулась: жизнь в обмен на другую жизнь, можно было бы ожидать чего-то подобного. Только как-то звучит это слишком просто. Может этот сталкер какая-нибудь важная фигура? Торговец, например, или лидер группировки… В голове сразу всплыл образ Лукаша и сталкерша малодушно понадеялась, чтобы это был он. Ожидаемо, не всё в жизни случается так, как хочется.

Шухов практически бесшумно подошёл к Фенек, едва ощутимо коснулся ледяными пальцами лба девушки, и в голове той яркой вспышкой отобразился образ совершенно незнакомого мужчины. Совсем немолодое лицо, покрытое местами мелкими шрамами и разного вида морщинами, не было каким-то слишком особенным само по себе, но имело одну яркую отличительную особенность – глубокий шрам на переносице. Сознание словно из неоткуда выловило его имя и зафиксировало настолько крепко, что девушке на секунду показалось, будто она знала его всегда.

– Корд, - шепотом повторила Фенек имя своей цели, и выпалила первое, что следом пришло в голову. – Почему не убьешь его сам?

Дух не ответил. Да и с чего бы ему отвечать? Сказал надо, значит – надо, и никак иначе. Только где его искать-то, этого сталкера? Вольные чуть ли не по всей Зоне расползлись, да и мужиков со шрамами тут столько, что скорее их отсутствие можно считать особой приметой. К тому же, из оружия у неё было примерно «ничего»: все вещи остались в бункере, а у наёмников ещё и куртка потерялась. Вот как бывает, всего за несколько суток сталкерша оказалась совершенно ограблена, причём не только материально, но и морально. Желание продолжать существование тоже куда-то исчезло, хотя казалось бы – отчего? Ну, мутант. Но два-то года спокойно прожила среди сталкеров, никому проблем не доставляла, почему же сейчас должно что-то пойти не так? Потому что теперь она знает эту мелочь. Нюанс, который в голове никак не укладывался и больно бил по самолюбию.

– Мне бы, если можно, хоть оружие забрать. – Себяжаление не даст сил на выполнение задания, и оружие из него не получится, так что следовало вернуться к реальности. В ней у девушки был свой небольшой схрон за пределами базы, в котором та собирала и с трепетом хранила ценные вещи: что-то номинально дорогое, а что-то – дорогое именно для неё. Фенек считала, что никто не знает об этом месте, и надеялась, что оно так и продолжало оставаться неизвестным, уже после её ухода.

Девушка только подумала о небольшой земляной норе, как тут же оказалась там. Без лишних слов, без какой-то подготовки – Шухов понял её мысль и поспешил исполнить. В конце концов, от этого зависел исход дела, которое и для него было важным.