Иннокентий безалаберно отхлебнул чая, к подобным вопросам он был готов.

— Так они и на работе меня вызывали, Виталий Иванович. Страна-то непростая выбрана! Кого попало туда не пошлют. А мне там свежеиспеченный корпункт налаживать.

— Ах, вот в чем дело! Тебе поручают самостоятельную работу? А справишься?

Кеша пожал плечами:

— А у меня есть выбор? С кадрами беда.

— С этим согласен. У меня тоже из молодых перспективных раз, два и обчелся. Тебя бы я без экзаменов принял.

— Виталий Иванович. Вы мне мокрушников предлагаете вместо солнечной Барселоны?

Бывший опер усмехнулся:

— Думаешь, у тебя там проблем схожих не будет? Вот что я тебе скажу, Иннокентий — держи с этими шустрыми ребятами ухо востро. Видал я их по молодости! Ты мне главное — Нику сбереги.

— Обижаете, Виталий Иванович!

Генерал засмеялся:

— Заранее не завидую обидчикам моей племянницы. И хватит чай хлестать, когда целый генерал с тобой коньяк пьет!

Глава 27

Врата рая

— Кеша, Кеша!

«Проклятое дежавю! Когда же это все кончится?»

— Чего, милая?

— Ты выучил материалы последнего Пленума?

Иннокентий сонным взглядом окинул молодую светловолосую женщину, и увидел распахнутый халатик, в котором находилось весьма интересное содержимое. Руки автоматически схватили барышню за крепкую задницу.

— Ой! Кеша, ты только об одном думаешь!!

Вероника бодро застучала по его спине кулачками, но очень быстро сдалась. Спустя четверть часа, немного запыхавшиеся и раскрасневшиеся, они лежали на кровати.

— Ты всегда решаешь вопросы именно таким способом?

— Стараюсь, — Кеша повернулся набок и поцеловал любимую женщину в шею.

— А на комиссии?

— А там есть кого чпокнуть?

— Фу, пошляк, — Вероника подскочила с кровати, блеснув шикарным «тылом» и незамедлительно бросила Кеше папку с документами. — Чтобы к вечеру все выучил. Проверю!

— Но мамочка!

— Отшлепаю!

— Можешь начинать, — блаженно ответил Кеша и перевернулся на живот. — Ай, больно же! Мы так не договаривались.

Вероника ухмылялась, держа в руках армейский ремень. Где только и нашла его.

— Живо за работу!

— Вот мне женушка досталась…

— Кеша!!!

И зачем он только женился на этой строптивой москвичке?

— Кеша!!! Мое платье!

Если подготовка к свадьбе была кошмаром, то утро этого, несомненно важного дня стало кошмаром вдвойне. Васечкин сто раз пожалел, что согласился на эту авантюру. Еще до того, как он влюбился в маленькую белокурую стерву, надо было рвать когти и переходить к плану Б. Сейчас же давать заднюю поздновато. Можно попросту не дожить до вечера. Никаких киллеров, обычное бытовое убийство, каких было не счесть при любом режиме.

Ранним утром приехала мама и подружайки, вытолкав еще толком не проснувшегося Кешу из спальни. Шумела вода в ванной, чайник на кухне, жениху лишь достались наскоро сооруженные бутерброды. Когда, наконец, свита невесты соизволила свалить в парикмахерскую, Васечкин забрался в ванную, принял душ и тщательно побрился. Наглаженный костюм уже висел в комнате, там же пребывали черные носки и белая рубашка. Роспись была назначена на полдень. Вернувшиеся красавицы застали его на кухне, в тапочках на босу ногу и трениках. Пришлось сделать вид, что он испарился.

— Все в порядке, дорогая, сейчас зашьют. Бывает.

Кеша поцеловал нервничающую невесту в лоб. Та закатила истерику:

— Я еще не умерла!

— Не будем же мы портить макияж? Оставим поцелуи на вечер? И хватит кукситься, а то все потечет. Такую красоту жалко.

Невеста распахнула глаза:

— Тебе честно нравится?

— Красоту ничем не испортишь.

— Кеша!

— Иннокентий!

Мама Вероники умела строго смотреть. Столько лет тренировалась на своих сотрудниках. Иннокентий благоразумно ретировался на кухню, где Федор Михайлович хитро ему подмигнул и «накапал по пятьдесят» из заветной фляжечки.

— Нервы, старик!

— Я уже перешел в пожилые?

— Юмор — это хорошо. Осознаешь немножко позже.

Нет, папаша у Ники золотой человек!

Внизу загудели клаксонами автомобили кортежа. Иннокентий еще раз глянул в ростовое зеркало, что мерцало в прихожей. Классика, черный костюм, белая рубашка, белая бутоньерка. Олег, стоявший в дверном проеме, показал ему большой палец. «Отлично выглядишь!» Из спальни послышался шум и вскоре к ним выплыла царственная Вероника. Высокая прическа частично была скрыта фатой, легкий макияж чуточку оттенял глаза и губы. Невеста все-таки послушала совета жениха и отказалась от того ужасного визажиста из дома моды. Кричащий мэйк испортил бы мягкий образ Ники.