Я уже бросаюсь к солдату, когда он замахивается кулаком на донью, чтобы заткнуть её. Хватаю за руку в воздухе. Его глаза округляются от шока, как два чёрных блюдца, и я понимаю, что совершила огромную ошибку. Я могу пойти дальше — ударить его коленом в живот и кулаком в ухо, чтобы он потерял равновесие, приподнять юбку и выхватить кинжал на бедре.

Но не делаю этого.

Позволяю ему отбросить меня на землю.

Кастиан тут же оказывается рядом.

— Стоять!

Должно быть, голос Кастиана прозвучал слишком знакомо, потому что юный солдат рефлекторно замирает. Но принц сейчас выглядит как Уилмер Оцоа — музыкант из мелкой деревушки, без какого-либо право командовать.

— Кем ты себя возомнил? — выплёвывает Паскаль в лицо Кастиану. — Я прикажу выпотрошить тебя за измену и сопротивление стражам порядка.

— Прошу, не горячитесь, — вмешивается священник. — Он только хотел защитить супругу.

Паскаль разглядывает меня. Узнавание мелькает в его глазах.

— Сними перчатки. Сейчас же.

Я прижимаю ладони к груди. Вокруг толпятся люди.

— Сними, — тихо подталкивает меня Кастиан, и у меня уходит секунда на осознание.

Я стягиваю свои белые кружевные перчатки. Уже знакомая магия Кастиана обволакивает мою кожу, скрывая шрамы за иллюзией.

Паскаль внимательно рассматривает ладони и пальцы, крутя их так и эдак. Кожа гладка и ровная. Он сжимает мои запястья до боли. Я изо всех сил держусь, чтобы не пнуть его.

— Арестуйте их за сопротивление отряду зачистки.

Толпа безостановочно возмущается.

— Покажите нам приказ короля!

— Мы ничего плохо не делали!

Впервые Чистильщики сталкиваются с тем, что запугивают не беспомощных фермеров. Люди Асестеньи готовы дать отпор.

Герцог Сол-Абене замечает волнение масс. Я вижу, как он разрывается между интересами жителей своей провинции и указаниями короля. Затем его взгляд останавливается на мне. Мне показалось, или он узнал меня? Нет, мы ни разу не общались во дворце, он видел меня разве что издалека.

— Чем тебе помешала обычная девчонка? — обращается к Паскалю герцог Сол-Абене, вскидывая бровь. — Неужели у неё такая тяжёлая рука?

Люди негодующе сплёвывают на землю, выкрикивают ругательства. Паскаль отталкивает меня. Кастиан прожигает его взглядом, но я обнимаю своего якобы мужа, заставляя его посмотреть мне в глаза. В них я вижу сожаление. Беспомощность.

Герцог Сол-Абене выпячивает грудь, небрежно махнув рукой Паскалю, чтобы отстал. А затем берёт руки хозяйки постоялого двора в свои.

— Моя дорогая донья Саграда, я приношу извинения за это недоразумение. Я принёс вести из Андалусии. — Он разворачивается к толпе. — Услышьте мои слова и передайте их всем друзьям и знакомым. Простите этого неотёсанного солдата. Он плохо знает нашу провинцию. Но я примчался сюда, чтобы сообщить: дело не требует отлагательств. Даже на время Карнавала.

Толпа утихает, ожидая его дальнейших слов.

— Мы боремся с повстанцами по всему Пуэрто-Леонесу, — продолжает герцог. — Шепчущие всё ещё держат нашего принца в заложниках! Его величество попросил меня призвать на помощь все силы нашей провинции. Многие из вас знают не одно поколение моей семьи. Поверьте, я действую в общих интересах. Отпразднуйте этот день как следует. Крепко обнимите своих близких, потому что скоро нас ждёт война. Я прошу, чтобы каждый, кого миновал призыв, вызвался добровольцем. Король Фернандо разрешил вступать в армию юношам с тринадцати лет. Это огромная честь служить своему королевству, которое нуждается в вас как никогда раньше. А теперь прошу, продолжайте Карнавал!

— Милорд… — пытается возразить Паскаль, но его голос тонет в рёве толпы.

— Донья Саграда, — обращается герцог, — мы очень устали с дороги и хотели бы занять у вас лучший столик.

Я смотрю на хозяйку постоялого двора. Она кивает нам с Кастианом, и мы прячемся в толпе. Нет времени прощаться. Сегодня вечером мы должны покинуть Сол-Абене.

Глава 5

Лео следует за нами до постоялого двора. Таверна пуста, но донья Саграда вот-вот придёт сюда с герцогом и его свитой. Слуги спешат накрыть столы и не обращают на нас никакого внимания, пока мы быстро поднимаемся по лестнице. Ни один из нас не произносит ни слова, пока мы не оказываемся внутри комнаты с запертой дверью и задвинутыми шторами. Кастиан — Уилл Оцоа для Лео — подходит к камину, чтобы разжечь огонь.

Лео собирается поклониться, но я заключаю его в объятья. Он смеётся и сжимает меня в своих руках. Я думала, что больше никогда его не вижу. От него пахнет смесью пота и цитрусовых масел, которые он втирает в свои тёмные кудри.

— Я тоже по тебе скучал, — произносит Лео и кладёт ладонь на мою щеку, вытирая большим пальцем слёзы. — Должен признаться, я весьма озадачен. Не говори об этом принцу Кастиану, но…

Я прочищаю горло и машу руками, чтобы он замолчал.

Огонь потихоньку распаляется в камине. Кастиан встаёт, глядя мне прямо в глаза.

— Ты ему доверяешь?

— Целиком и полностью.

На лице Лео отражается замешательство, которое быстро сменяется шоком, когда Кастиан сбрасывает иллюзию и становится похищенным принцем Пуэрто-Леонеса.

— Так что там не нужно говорить принцу Кастиану?

— Ой! — Лео отшагивает назад. Он переводит взгляд с меня на Кастиана. — А я всё гадал, где же… Впрочем, уже неважно. Тысяча извинений, ваше высочество. Теперь я понимаю, почему леди Нурия сказала мне найти Ренату и что она приведёт меня к принцу. Я видел вас обоих, но не рискнул подойти, потому что вы были так… эм… хорошо замаскированы. Невероятно. Это просто не…