Пронзительный взгляд Кастиана останавливается на Лео.

— Я не знал о возвращении дочери лорда Лас-Росаса.

— Ах да. Король пригласил её за стол и предложил ей семейный титул со всеми владениями.

Я отмечаю потрясение на лице Кастиана.

— А что в этом такого?

— Лейре Лас-Росас — его внебрачная дочь от лузонки, — поясняет Лео, который никогда не терял интереса к дворцовым сплетням. — Большинство приглашённых на собрание даже не знали о её существовании до этого.

— Мой отец ничего не делает без причины, — перебивает Кас. — Но даже я должен признать, что отдать владения Лас-Росас было крайне глупым решением, если он планирует войну. Ему же нужны солдаты.

— Именно поэтому… Нурия и послала меня. — Вся беззаботность Лео испаряется, когда он переводит взгляд на меня. — Король приказал всем главам провинций вернуться к себе и распространить вести о похищении принца и гибели судьи Мендеса. Судья Алессандро направляется в цитадель Кресценти вместе с леди Нурией.

— Там её дом, — кивает Кас.

— И там же предположительно Шепчущие держат в плену нашего принца.

— Шепчущие сейчас по ту сторону моря! — выкрикиваю я. — Все эти слухи про похищение Кастиана — дело рук Алессандро!

Лео опускает глаза на свои колени и дёргает торчащую нитку.

— Вообще-то нет.

Тревога сжимает моё сердце.

— Что?

— Я не мог рассказать это на бумаге, леди Рен. Шепчущие так и не сели на корабль до Эмпирио Лузо. До нас доходили слухи, что у них появился новый лидер и что он активно собирает армию — не только мориа, но и всех недовольных королевскими налогами и призывами. Они намерены сражаться и открыто заявляют, что принц Кастиан у них.

— Марго погубит их всех.

Я бью кулаком по столу. Иллюзионари из моего бывшего отряда Шепчущих. Я вспоминаю её пронзительный взгляд голубых глаз, ярость, с которой она сражается до самого конца. Она всегда была такой, какой хотели видеть меня. Интересно, как бы она отреагировала, если бы узнала, что Дез всё ещё жив, но бросил всех нас.

— Что ещё? — спрашивает Кастиан, расхаживая из стороны в сторону перед камином. — Был ли кто-то, кто отказался пить вино?

— Герцог Ариас.

Кастиан замирает и фыркает.

— Этот малыш-переросток? Не верю. За какие грехи?

— Он признался, что проник в ваши покои в ночь фестиваля. Клянусь, я впервые в жизни видел, чтобы кто-то так сильно потел. Он говорил о каком-то проигранном споре и старых журналах… Мне это показалось какой-то ерундой. — Лео перевёл нервный взгляд с Кастиана на меня. — Но это не ерунда, да?

— Ариас никогда не умел проигрывать. — Кастиан ругается себе под нос и достаёт капитанский журнал из внутреннего кармана куртки. Старый кожаный переплёт, пожелтевший пергамент, буква А на обложке.

— Что такого особенного в этой книжке? — спрашивает Лео.

— Поклянись, что никогда не передашь третьим лицам то, что я сейчас тебе расскажу.

— Можно было потребовать с меня клятву о неразглашении ещё когда я увидел вашу магию, но, разумеется, я даю слово придворного повесы, — выпаливает Лео на одном дыхании, — ваше высочество.

— Важен не сам журнал, а карта внутри, — объясняет Кастиан, убирая книжку обратно в карман. — Мы ищем оружие, которое сможет переломить ход событий в Пуэрто-Леонесе и положить конец правлению моего отца.

— Что за оружие?

— Оно известно как Клинок Памяти, — отвечаю я, быстро переглядываясь с Кастианом. — Большую часть жизни я думала, что это просто миф. Легенды гласят, с ним можно совершить невозможное.

— А сейчас нам и нужно совершить невозможное.

Лео серьёзно кивает.

— Вот для чего вам нужен корабль.

— Теперь отец знает, что карта у меня.

— Тогда хорошо, что он считает, что вы в плену у Шепчущих? — предполагает Лео. Но моя интуиция кричит, что что-то здесь не так.

— А хорошие новости у тебя есть? — спрашивает Кастиан.

— Целых две, — Лео ухмыляется в ответ на хмурый взгляд принца. — В портовом городке Салинас есть женщина, которая задолжала леди Нурии услугу и которая не питает особой любви к короне. Её называют королевой Малого Лузо, и она может обеспечить нас судном и всеми необходимыми для путешествия документами. У меня с собой личное письмо для неё от леди Нурии с просьбой об оказании услуги и обещанием финансирования.

В ловких пальцах Лео оказывается конверт насыщенного красного цвета, в тон любимой помады Нурии. Он крутит его, как игральную карту, и возвращает обратно в карман жилета.