Клубы, да… Если в местных школах, чья система стыбзена толи с японской, толи с американской, они были почти обязательными, то студенческие были чистой сходкой по интересам. Никакого там финансирования, отчетов и студсоветов, как в школах — максимум, что мог дать универ, это свободную аудиторию на определенное время. Все остальное — сами.

Впрочем, сам факт их существования давал мне надежду… В смысле, если народу хватает на это сил и времени, значит и у меня будет на что-нибудь хватать. Наверно…

— Нахаляву отдохнуть на пляже? — задумался я. — Было бы неплохо.

— Ага, надо будет узнать подробнее, — покивала африканка.

— Постараюсь узнать. Ладно, я побежал в столовую. Увидимся.

— Да, у меня тоже дела. Увидимся, мальчики.

Ребята отправились по своим делам, а я решил и сам двигаться домой. Пары на сегодня закончились и можно отдохнуть.

— Ники, я хочу есть!

— Ты всегда хочешь есть. Ничего нового не сказала.

— Пошли в Чан-Бяо!

— Дома поедим. Мне лень тащиться куда-то. Хочется доползти до кровати, а потом еще заниматься придется.

— Ску-у-у-ука…

— Как есть. Добро пожаловать в реальный мир. Тут куча скучных вещей, что приходится делать.

— У-у-у-у-у!

Болтушка, благо, унялась.

Так что дальше я шел по коридору спокойно. Народа в университете было полно и все куда-то спешили, кто-то ждал начала занятий, другие читали, третьи общались друг с другом. Разве что никто не гонялся друг за другом и не мельтешил, как я привык в школе. В этом плане студенты куда спокойнее.

— М? — я неожиданно заметил недалеко Эри.

Та что-то обдумывала и явно не замечала ничего вокруг.

Решил подойти поздороваться. А то учебка большая, не всегда можем увидится, и за две недели с последней работы мы почти и не встречались. Слишком уж заняты были.

— Привет, — сказал я подходя.

— А это вы, — глянула она на нас. — Чего вы такие убитые?

— Королева Мертвых…

— А, понимаю, — поежилась она. — Ничего, со второго семестра видеть её будете меньше… А нет, тот японец же ушел… Крепитесь, если никого нового не наберут, она у вас до третьего курса будет.

— Ты понимаешь, что сообщать нам эту информацию — буквально убийство?

— Прости уж, что помешал твоему побегу от реальности.

— А ты чем тут занят? — спросил я, стараясь на людях обращаться к ней как к «парню», а то она ворчит, что её конспирация трещит из-за меня.

— Сдавал «хвост». А то из-за дел пришлось пропустить недавний тест. Только что закончил…

— Ладно, — кивнул я. — Когда у нас там работа?

— Нескоро. Нам обоим надо разобраться с учебой… Да и ничего приличного пока не попадается. Не вижу смысла браться за барабашек. Нам недолго вместе работать осталось, надо бы найти что-то, что потянет на «экзамен»…

— Ну да.

Мы вместе двинулись к выходу из универа в молчании.

Я как-то даже и не знаю, о чем нам сейчас говорить. Кажется, после тех событий у нас все по-старому, но… как будто что-то стало другим. Не знаю уж как это описать и назвать. Просто… ощущается немного иначе и все.

— Кстати, а что там с темой про Удильщика? — решил я разбавить нашу неловкую тишину.

— Я все передал Бруксу. Они разберутся, — нахмурилась она. — То с чем вы с Джином столкнулись было явно какой-то аномалией и это расследуют как получится. Все же Мельхиор слишком непостоянное место, чтобы там улики искать.

— Понимаю.

— В любом случае туда пока ходить не стоит. А если учесть, что преследующий тебя Кошмар еще не развеян, то это может быть проблемой.

— Я все равно в ближайшее время обратно не хочу. Уже нагулялся.

— Придется, если работа заставит.

— Придется…

Снова молчим.

Как-то непонятно мы себя чувствуем друг с другом…

— Как твоя популярность?

— Не напоминай… — простонал я.

Вот кто же знал, что оказывается наш бой с Джином против рыбины кто-то записывал. Я знал, что есть определенные методы записи видео в Мельхиоре, но не думал, что подобный человек окажется у Кинотеатра. Хотя стоило подумать, потому что туда как раз подобные и ходят, чтобы чужие сны записывать. Вот финал битвы и записали, а потом выложили на закрытом сайте, а после распространилось и на другие частные. Просмотрело их, наверное, чуть ли не половина сноходцев и посвященных в городе. Если учесть, что всего таких как мы тут около десяти тысяч, и по сути Найзельберг — это большая деревня где все так или иначе друг друга знают, можно с уверенностью сказать, что те, кто не смотрел — слышали слухи.

А потому меня начали узнавать. Кто-то подходил, здоровался и расспрашивал, кто-то на всякий случай обходил так бочком, а кто-то откровенно быковал. Были даже те, кто хотел помериться силой, и от этих клоунов приходилось отбиваться. Благо, последние довольно быстро теряли запал при виде моего значка. Конечно, за «дружеский спарринг» не посадят, но очнуться после драки в местном обезъяннике — тоже мало приятного.

«Хоть какая-то польза…»

А то что-то раньше он мне не сильно помогал.