— Тогда ладно. Я увижу тебя на завтрашней встрече? — она поднимает брови.

— Да, — киваю я.

— Хорошо, — она мимолётно улыбается. Это только усиливает боль в её глазах. Затем она поворачивается и уходит. Она не оглядывается на меня.

Я в таком дерьме. Мне нужно выпить! Эта мысль заставляет меня смеяться, хотя это совсем не смешно.

5

Шеннон

На следующий день…

Моя смена длится уже три часа, когда в переднем кармане фартука начинает жужжать мой телефон. На мне длинные резиновые перчатки, и мои руки по запястья погружены в тёплую мыльную воду. Несмотря на то, что мой телефон почти никогда не звонит, я игнорирую его. Вероятно, кто-то попытается мне что-нибудь продать. Это единственные звонки, которые я получаю. Здесь им не повезёт. Я и так едва свожу концы с концами.

Джоанна толкает дверь на кухню.

— Ты почти закончила с тарелками? — спрашивает она, приподняв брови. — У нас осталось только две, а в закусочной всё ещё много людей, — она закатывает глаза. — Стив такой скряга.

Стив — владелец закусочной. Он отказывается заменять сломанный инвентарь. Нам приходится обходиться всё меньшим и меньшим количеством посуды и столового серебра. Стиву всё равно. Мы должны повторно использовать то, что у нас есть, два или три раза за смену.

— Цикл закончился две минуты назад, — говорю я ей. — Нужна ещё одна минута, чтобы посуда остыла, — я открываю дверку, и из неё валит пар. — Это ненадолго, — добавляю я.

— Оки-доки, я дам Тому знать, — отвечает Джоанна, исчезая за дверью. Она работает одновременно и официанткой, и менеджером. Том — шеф-повар и я использую этот термин в широком смысле. Если приготовление яичницы и бургеров делает человека шеф-поваром, то так тому и быть.

Я заканчиваю чистить большую кастрюлю и ставлю её в раковину рядом с уже вымытыми. Я прополощу её позже. Я беру сковородку. Она сильно покрыта жиром и копотью. Я собираюсь счистить худшую часть, а затем оставить её отмокать, пока разгружаю посудомоечную машину.

Мой телефон снова начинает жужжать. Ещё немного, и батарея разрядится. Её хватает ненадолго, даже когда я не пользуюсь телефоном. Я забыла своё зарядное устройство дома, так что не могу этого допустить. Я должна проигнорировать звонок. Он продолжает жужжать у меня в кармане. Итак, в конце концов, я снимаю перчатки и вытаскиваю телефон из кармана, ожидая увидеть уведомление о спаме.

Дерьмо!

Это он.

Это Эдвард… Найт. Это Найт.

— Привет, — быстро отвечаю я. Пожалуйста, нет! Пожалуйста! Почему он звонит мне?

— Привет… Шеннон, — у него прекрасный голос. Он притягивает тебя, как и всё остальное в нём. Я крепко зажмуриваюсь, ожидая, когда он заговорит. Я знаю, что будет дальше. Я просто знаю.

— Я… я… — он выдыхает через нос, — извини, что беспокою тебя, но я… — он снова выдыхает.

— У тебя трудные времена? — спрашиваю я, когда он замолкает.

— Да. Знаю, ты занята, но я надеялся, что мы могли бы поговорить.

Я убираю телефон от уха. Индикатор заряда батареи в правом верхнем углу стал красным. У меня меньше двадцати процентов. Мой телефон скоро разрядится. Дерьмо!

— Мой телефон вот-вот умрёт.

— Это связано с тобой и твоей способностью убивать вещи? — он посмеивается. Звук насыщенный и дымный. Мне нравится звук его смеха, даже несмотря на то, что мой желудок сжимается. Я действительно убиваю вещи. Он шутит, но этим он попал в самую точку.

Я тоже пытаюсь смеяться. Чтобы казаться расслабленной и спокойной, но я такой не являюсь, поэтому не делаю этого. Вместо этого я прочищаю горло, когда начинает вырываться странный звук.

— Я на работе, — я морщусь, потирая лицо рукой.

— Знаю, и мне жаль. Мне действительно нужно тебя увидеть. Мне нужна… помощь, — похоже, он не из тех людей, которые умеют просить о помощи.

Чёрт! Чёрт! Что теперь? Вот и повод убедиться, что он появится на следующей встрече, и итог моего участия во всей этой истории с наставничеством. Думаю, если я не помогу ему сейчас, он не попадёт на следующую встречу, потому что будет пьян где-нибудь в канаве. Мне ненавистна сама мысль об этом.

— Через час у меня должен быть получасовой перерыв. Ты можешь прийти ко мне?

— Да, — быстро отвечает он. — Где ты?

Я не продумала этого до конца. Я не особенно хочу, чтобы он знал, где я работаю. Я его не знаю. Он заставляет меня чувствовать себя неуютно. «Только потому, что он тебе нравится», — льстит голос в моей голове. Это может быть правдой, но рациональная часть меня знает, что мне нужно быть начеку. Просто потому, что на него приятно смотреть, это не значит, что он порядочный человек. У волка не всегда длинные клыки и когти. У него красивые голубые глаза, а лицо и тело достаточно хороши, чтобы украсить обложку любого мужского журнала. Его глаза завораживают.