– Куда он поехал? – с напускным равнодушием спросил меня Райан.

– Я не знаю, – помотала я головой.

– Понятно, – сухо сказал он и, больше ничего не произнеся, вышел из кухни.

Я знала, что он сейчас испытывает. И больше того – понимала его. У меня тоже был старший брат и младшая сестра. Когда-то. На мгновение мне стало жаль Райана, но я отмахнулась от этого бессмысленного чувства, от которого не было никакой пользы.

Жалость. Нет более разрушающей человеческую душу эмоции. Она не несет с собой никакого блага, только вред. Человек быстро привыкает к тому, что его жалеют, это делает его слабым, никчемным, бесполезным. Никакого стимула двигаться вперед и бороться. В итоге от человека как такого ничего не остается. Пустая, ни на что не годная оболочка, наполненная лишь чужой жалостью. Поэтому Райану она точно не нужна. Если он планирует стать охотником на ведьм, то чем быстрее поймет, что мир полон боли и разочарований, тем сильнее будет. И еще ему следует запомнить – полагаться в этом мире можно только на самого себя.

Спустя два часа, когда я сидела на кровати в комнате, которую даже мысленно не могла назвать «своей», входная дверь наконец громко хлопнула, возвещая о том, что вернулся Лиам. Вместо того, чтобы решать, что нам делать дальше, он все это время поддавался эмоциям. Просто прекрасно. До Самайна оставалось все меньше и меньше времени, а Лиам так бездарно его растрачивал.

Глаза слипались, но я не ложилась спать, надеясь, что охотник придет обсудить со мной дальнейшие шаги. И не ошиблась. Дверь распахнулась, и на пороге возник Лиам, перегородив весь дверной проем.

– Стучаться не учили? – как можно холоднее спросила я.

– Я пришел сказать, что тебе стоит выспаться, ведьма, – проигнорировав мой выпад, отозвался Лиам. – Завтра мы отправимся в Ковен.

Остаток ночи мы провели за спором, брать нам с собой Райана или нет. Лиам был непреклонен, поэтому когда я утром садилась на переднее сидение, то старалась не смотреть на юного охотника, вольготно расположившиеся сзади. Рядом с ним стояли наши дорожные сумки, а сам Райан сидел, закинув ногу на ногу, и крутил в руках телефон.

Бросив на Лиама быстрый взгляд поверх солнечных очков, я села в машину и громко хлопнула дверью. Моя выдержка начинала меня подводить рядом с этими двумя. Я ощущала раздражение и, что удивительно, нервничала. Бессонная ночь, усталость последних дней – все это лишало меня привычного спокойствия и хладнокровия.

– Мы не будем делать остановок по пути, – бросил на меня недовольный взгляд Лиам.

– Хорошо.

– Ты не поела, – продолжил охотник. – Придется терпеть до места назначения.

– Заботишься, чтобы я не упала в голодный обморок? – подняв на лоб очки, посмотрела я на Лиама.

– Нет, пытаюсь оградить себя от лишних просьб остановиться.

– Можешь не волноваться об этом, – поджав губы, процедила я. – Лучше бы волновался о своем младшем брате. Если ведьмы заподозрят в нем охотника, то убьют.

– Беспокоишься о Райане? – в тон мне спросил Лиам.

– Нет, пытаюсь спасти свою шкуру.

Лиам, ухмыльнувшись, завел двигатель, и автомобиль ответил ему басовитым рыком.

– Куда едем? – снова повернулся ко мне Лиам.

Я откинулась на спинку сиденья и пристально посмотрела на охотника. Шансы, что он предаст меня, были высоки, но Лиам очень хотел найти свою сестру, а раз я и Ковен могли ему в этом помочь, то значит пока были нужны. Понадеявшись на то, что родственные связи в нем сильнее, чем преданность Управлению, я вздохнула и ответила:

– В Блэксберг.

– Ехать чуть больше трех часов, – сообщил нам Лиам.

Я, проигнорировав его замечание, снова опустила на глаза солнечные очки и отвернулась к окну.

– Что с той девушкой? – донесся с заднего сидения голос Райана.

Я почувствовала, как его рука сжала подголовник над моей головой, а сам парень подался вперед, заглядывая в лицо брату.

– С какой? – с невозмутимым видом Лиам выезжал с подъездной дорожки.

– Мэнди мне рассказала, – насупленно ответил парень. – Той, что вырезали сердце.

Охотник бросил на меня полный укора взгляд, но я в ответ лишь равнодушно пожала плечами. А чего он хотел? Защитить младшего брата от жестокой реальности охотников на ведьм? Тогда зачем разрешил ему поступать в Академию Управления и зачем навязывает мне в качестве напарника? Жизнь охотника подразумевает под собой риск и ежедневную встречу с ужасами этого мира. Я знаю многих ведьм, не брезгующих убийством. Кто-то из них делает это ради того, чтобы выжить, а кто-то ради удовольствия. Так что это точно не первая ведьма-убийца, с которой парню предстоит встретиться.

Пару дней назад Лиам спросил, сколько человек я убила, но он не задал главного вопроса – почему я сделала это. Возможно, узнай он, то понял бы меня чуть лучше. Вот только, по большому счету, его понимание было мне не нужно.

– Обязательно надо было посвящать его в подробности?

– Ты хочешь, чтобы он столкнулся с этим в первый раз, став охотником? – вскинула я брови, поворачиваясь к мужчине. – Слушай, Лиам, может мы оставим твоего младшего братишку дома? Раз ты так сильно хочешь его оградить от кровавой действительности жизни рядом с ведьмами. Ты подумал, что с ним будет, когда на месте этой девочки окажется ваша сестра? А? Каково будет…