МАРК, ПОЗВОНИ МНЕ, КОГДА ПРИЗЕМЛИШЬСЯ.

ЛЮБЛЮ, ЦЕЛУЮ.

Нажимаю «отправить». Так-то лучше. Объяснений потребую позже. Он спрятал флешку на случай, если я попытаюсь сделать какую-нибудь глупость. Куда он мог ее спрятать? Знает ли он, что на ней за информация? Я тоже хотела бы знать. Флешка наверняка где-то в доме. Ей больше негде быть.

Начинаю со спальни. Обыскиваю его обычные тайники. После четырех лет совместной жизни я уверена, что знаю их все. Я проверяю маленький сейф в его прикроватной тумбочке. Код – дата рождения Марка; в сейфе ничего нет, кроме небольшой суммы денег в иностранной валюте. Заглядываю под матрас с его стороны – когда-то он заныкал там билеты на концерт Патти Смит [46] , купленные к моему дню рождения, – ничего. Роюсь в карманах пальто его дедушки, проверяю шкаф, старые обувные коробки на верхней полке.

Перехожу в ванную, проверяю набор после бритья в дальнем углу шкафчика, потом его письменный стол и старый портфель – ничего. Он хорошо ее спрятал. Может, забрал с собой, не доверяя мне? Нет, он не стал бы рисковать, помня, что такие вещи легко теряются. Если и спрятал от меня, то где-то в доме.

Я начинаю злиться, вхожу в раж и переворачиваю вверх тормашками весь дом. Обыскиваю шкафы. Вытаскиваю ящики. Высыпаю рис из пакетиков, разоряю кровати, проверяю подкладки, шторы, сумки.

Ничего.

Я стою в разгромленном доме, вся в поту, не в силах поверить в происходящее. Тошнит, кружится голова. Нет, так нельзя. Нужно поднять уровень сахара в крови, немедленно, если не ради себя, то ради того, кто растет во мне. Опускаюсь на пол посреди гостиной и подтаскиваю к себе пакет из универмага «Либерти» со свадебными подарками. Достаю со дна жестяную коробочку. Трюфели с розовым шампанским. Годится. Я нетерпеливо срываю крышку, вынимаю конфету… и замечаю флешку. В коробке с трюфелями. «Твою мать, Марк. Что за дурацкие игры?»

Зажав в руке флешку, устало поглощаю трюфели. Стоит торжественная тишина. Дневной свет постепенно меркнет.

В какой-то момент наступившая темнота разражается телефонным звонком. Я добываю телефон из хаоса, в который превратился дом после моих поисков.

Марк. Наверное, уже приземлился.

– Алло?

– Привет, милая! Как дела? – Голос у него взволнованный. Может ли он знать, что я нашла флешку?

– Марк, зачем ты ее спрятал?

Я не вижу смысла ходить вокруг да около. Я опустошена. Мне больно.

– Что спрятал? О чем ты говоришь? – Ему почти весело. Я слышу фоновый шум вокруг него. Он на другой стороне глобуса.

– Марк, я нашла флешку. Почему ты мне лгал? Зачем ее спрятал? Почему не сказал о сообщениях?

В глазах закипают слезы, но я не заплачу.

– Ааа… я как раз гадал, когда ты поднимешь эту тему. Ты ее нашла? Посмотрела, что там?

– Да. И нет. Нашла минуту назад.

Загадочная флешка невинно лежит у меня на ладони.

– Прости, любимая. Видишь ли, я слишком хорошо тебя знаю. Да, я прослушал сообщения. После того, что случилось с Шарпами, я не мог поступить иначе. Этот человек сказал, что ему нужна только флешка. Мне пришлось посмотреть, что на ней, почему она так для него важна. То, что я увидел, Эрин, меня не просто встревожило, а до смерти напугало. Я хотел тебя защитить. Я знал, что если ты прослушаешь голосовую почту, то наверняка поинтересуешься содержимым флешки. Вот я и спрятал ее.

Он дает секунду, чтобы я переварила его слова.

– Но, очевидно, не слишком хорошо, – смеется Марк, стараясь разрядить атмосферу. – Эрин, милая, пообещай, что не будешь смотреть. Пожалуйста. Просто не трогай, пока я не вернусь. Можешь мне это пообещать?

Я не помню, чтобы он когда-нибудь был таким серьезным, таким встревоженным.

– Обещай. Просто положи флешку туда, где взяла, дорогая. А когда я вернусь, мы ее сожжем. Ничего не делай. Мы бросим ее вместе с телефоном в костер и посмотрим, как они горят. Ладно? – уговаривает он.

Господи, он и вправду слишком хорошо меня знает.

– Ладно, – шепчу я, и мне отчего-то становится грустно. Наверное, оттого, что мне нельзя доверять. – Я люблю тебя, Марк.

– Отлично. Эрин, послушай… извини. Я просто не знал, что еще предпринять. Может, стоило рассказать тебе?

Нет, Марк прав. Я бы сделала именно то, чего он опасался.

– Ты поступил правильно, и я люблю тебя.

– И я тебя, милая. Звони, если что-то понадобится.

– Люблю.

Я разбита, потеряна и умираю от жажды. Наливаю воды в высокий стакан со льдом, извлеченным из морозилки. Обвожу взглядом нашу чудесную кухню. Столешницы ручной работы, встроенный холодильник для вин, гранитные плиты пола, подогретые скрытыми под ними трубами отопления, – я ощущаю их тепло. После моих поисков кухня выглядит разгромленной: повсюду разбросаны кастрюли и сковородки, пакеты с крупами, чистящие средства. Среди хаоса на глаза попадается ноутбук. Отключив мозг, я пробираюсь через завалы к нему и вставляю в порт флешку.