— По моему лицу, похоже, что мне это льстит? — покачав головой, ответил Кирран и протянул подруге бутылку пива. — Дин прав — мне нужно срочно завести девушку.

— Звучит словно «завести собаку», — девушка присела, но вдруг вспомнив о тролльчонке, обеспокоено спросила: — А где Кроуш? С кем вы его оставили?

Кирран выпрямился и беспомощно пожал плечами.

— Сначала Дин запер его в кладовке, но гаденыш выбрался... Представляешь, он видит Репентино, даже когда тот становится невидимым. Что это за тролль такой?

— Слушай, а Дин его в жабу или в еще что-нибудь более мерзкое не превратил?

Кирран жалобно протянул что-то невнятное и набрал в рот пива.

Ника глазам нашла похотливого приятеля: Репентино был одет, приторно галантен и охмурял златокудрую цацу у барной стойки. В его руках мило похрюкивал розовобрюхий поросенок.

Верис рассеянно забарабанив пальцами по бутылке, спросила:

— Надеюсь, Репентино не заставит нас весь вечер пялиться на то, как он снимает очередную дуру. А что за свинья у него на руках? Это новая фишка пикапа?

— Нет. Это Кроуш, — наконец проглотив пиво, осторожно ответил Кирран.

— Что?!

Ника поднялась на ноги и отчаянно пожелала Дину свалиться в обморок от сигаретного дыма.

Кирран пожал плечами:

— Ты просила не оставлять его дома одного. Пришлось взять с собой. Ну, сама понимаешь, троллей сюда не пускают. Зато не жаба. И эта свинья, действительно, нравится девчонкам.

— Они просто не знают, что эта свинья утром забудет не только их имена, но и лица.

— Я Кроуша имел в виду.

— Надеюсь, это обратимый процесс?

— Я тоже надеюсь, — ответил Кирран задумчиво. — Ник, сядь. С этого ракурса ты становишься похожа на мою маму. А я ее почти не помню. Могу затосковать и расплакаться.

Никария вздохнув, оперлась на край стола и зашептала:

— Слушай, я тут кое-что решила. Что если я куплю разрешение на однократное перемещение и как-нибудь просуну его Цератопу?

— Зачем?

— Тогда он сможет переместиться. Сбежать перед казнью. А кто купил разрешение, не выяснят, потому что документы при покупке одного перемещения не нужны. Как тебе идейка?

— Говно, — сказал Кирран, забрасывая в рот горсть соленых орешков.

Ника присела, отодвинула тарелку с арахисом подальше от приятеля и с обидой спросила:

— Почему говно?

Пришлось какое-то время ждать, когда Кирран прожует орехи и сделает спасительный глоток жидкости. Потом он ответил:

— Я, как рационально-думающий индивид, хочу тебе напомнить, что ни в доме покаяния, ни в зале суда нельзя перемещаться. Иначе бы все сбегали. Там блокаторы подобные тем, что в храме Рубикунда стояли. Если ты помнишь, перемещаться возможно… — Кирран отрыгнул, — только по порталам.

— Ты чертов зануда!

— С чего это?!

— Ты только что развеял мой гениальный план по спасению тролля, — возмутилась Ника, обессилено опустила голову на стол. — У меня больше нет идей. А послезавтра Цератопа казнят.

— Попроси Фроста помочь тебе, — зевнув, предложил Кирран.

— Он-то здесь причем?

— А вспомни, когда ты обнаружила его в храме. Фрост каким-то чудесным образом переместился из своего кабинета. Наверняка знает, как обойти блокировку. В конце концов, он как-то уцелел после мести твоего отца.

— Я не собираюсь обращаться за помощью к этому ублюдку! Ты сам-то понимаешь, что предложил?

— Согласен. Неэтично. Но идея рабочая.

Девушка вдруг почувствовала, как чья-то крепкая рука схватила ворот куртки.

— Какого дьявола? — раздалось над ухом агента Верис.

Нику дернули за воротник и приподняли.

— Какого дьявола, Верис? — повторил старик, закутанный в домашний халат.

— Дед, ты о чем? — растерялась Ника, совершенно не понимая, что имеет в виду незнакомец.

— Я не могу попасть в свой дом.

— Эй, бич, — угрожающе пробубнил Кирран, — отвали от нее.

По лицу старика было отчетливо видно, как закипает злость и раздражение.

— Вы меня с кем-то спутали? — Ника попыталась вырваться. — Я вас даже не знаю.

Старик не унимался:

— Какого дьявола, Верис, вы дали моему стражу новое имя и не предупредили меня об этом?!

Ника уставилась на старика во все глаза. Над головой девушки зажглась воображаемая лампочка озарения.