День действительно выдался удачный.

– Где?

– В Ираке.

Тут Тремонт немного сник.

– Как, черт возьми, ему удалось пробраться в Ирак?

– Возможно, помог тот англичанин из Сьерры. Кстати, о нем пока что почти ничего не известно. Нет никакой уверенности в том, что Питер Хауэлл – его настоящее имя. С тем же успехом он мог бы носить фамилию русского царя, Романов. А это, в свою очередь, наводит на мысль, что он желает оставаться неизвестным.

Тремонт сердито кивнул.

– Возможно, он из МИ-6. Как вам удалось обнаружить Смита?

– Через одного из моих информаторов, доктора Камиля. Насколько я понял, Смит пытается отыскать людей, на которых испытывали сыворотку, а потому уже успел связаться со всеми известными мне врачами. Кстати, в Багдаде практикующих врачей осталось не так уж и много. Камиль подтвердил, что Смит расспрашивал его о выживших.

– Черт! Его надо остановить.

– Даже если он и отыщет их, это ни к чему не приведет. Из Ирака ему уже не выбраться.

– Да, но он сумел туда пробраться!

– Тогда ему не мешали ни гвардейцы, ни полиция Саддама. Стоит им только узнать, что в стране действует американский лазутчик, и они тотчас же перекроют все границы и объявят на него настоящую охоту. И убьют, если не они, то мы.

– Черт побери, Надаль! Ты уже один раз обещал разобраться с этим типом! Смотри, как бы опять не промахнуться!.. – Тут Тремонт вспомнил о второй проблеме: – А что с Биллом Гриффином? Где он?

Раздраженный грубостью Тремонта, аль-Хасан ответил уже более сдержанно, и в голосе его звучали ворчливые нотки:

– Мы искали его везде, где появлялся Джон Смит. Но этот Гриффин словно сквозь землю провалился.

– Прелестно! Просто превосходно! – Взбешенный Тремонт отключил телефон, швырнул его в ящик и уставился перед собой невидящими глазами.

Но вскоре вспомнил о только что одержанной победе, и на его лицо вернулась улыбка. Неважно, что Джон Смит вдруг оказался в Ираке. Плевать на этого ублюдка Гриффина! Они все равно уже не смогут помешать осуществлению проекта «Гадес». Все хорошо, все идет по плану. Он отхлебнул виски, и улыбка на его лице стала еще шире. Даже сам президент сейчас на его стороне.

Этот человек следил за взятой напрокат Биллом Гриффином «Тойотой» от самого Форт-Ирвина. Все время держал приличную дистанцию, ни разу не приближался, но и не отставал – ни на двухполосном шоссе, ни когда оба они выехали на автомагистраль федерального значения под номером 15. Очевидно, выжидал, когда Гриффин где-нибудь остановится. Надо же ему где-то есть и спать. И Гриффин понял, что этот тип будет преследовать его до самого Лос-Анджелеса, пока он, Гриффин, не остановится где-то на достаточно долгое время, чтобы можно было вызвать поддержку.

Остановившись в мотеле в Барстоу, Гриффин подошел к окну, осторожно отодвинул занавеску и увидел, как «хвост» выходит из своего «Лендровера» и направляется к административному зданию. Самый обычный с виду мужчина в неприметном коричневом костюме и рубашке с распахнутым воротом. Гриффин никогда не видел его прежде. И сильно удивился бы, если б видел. Что, впрочем, не помешало ему заметить, как оттопыривается пиджак под мышкой у этого господина – явный признак того, что он носит при себе револьвер. Он хочет проверить, остановился ли Гриффин – или человек под любым другим именем в номере 107 – на всю ночь или же только на несколько часов. А потом позвонит по телефону.

Гриффин схватил одно из гостиничных полотенец. Поднял оконную раму, выбрался наружу и, обойдя несколько строений, остановился там, откуда хорошо было видно, что происходит в административном здании. Преследователь показывал сидевшему за стойкой клерку какую-то бляху или удостоверение личности – возможно, фальшивое, но, может, и настоящее. Клерк посмотрел в журнал, кивнул и развернул его на стойке так, чтобы прибывший мог видеть сделанную в нем недавно запись.

Гриффин затрусил к оставленному на стоянке «Лендроверу», нырнул на заднее сиденье, пригнулся и стал ждать. Вскоре послышались быстрые шаги, передняя дверца распахнулась.

Как только она захлопнулась, Гриффин приподнялся, зажав в одной руке «вальтер-ППК» калибра 6,35 мм с глушителем, а в другой – гостиничное полотенце.

Мужчина набирал номер телефона.

Молниеносным движением Гриффин накинул полотенце на голову мужчине и выстрелил, всего один раз. Голова мужчины резко откинулась назад. Полотенце помогло Гриффину не забрызгаться кровью. Он осторожно отпустил обмякшее тело на сиденье. Затем, отирая пот со лба, вылез из джипа и, перебравшись на переднее сиденье и отодвинув труп, уселся за руль.