— Понимаю. Это мы меж собой их так называем, если с мотором — катер, без — баржа. — усмехаясь, объяснил Андрей.

Такая трактовка звучала логично, и закончив с осмотром «трюма», я выполз на палубу, переключаясь на носовую надстройку.

Собранная из труб и обваренная жестью, внутри она была аккуратно обшита доской, а её главным «украшением» являлся штурвал в виде руля от какого-то старинного грузовика.

Большой и тонкий, выглядел он, прямо сказать не очень к месту, но судя по тому что я видел, здесь вообще мало что было к месту. Снятая с буханки и врезанная в фанерную плоскость приборная панель с датчиком давления масла и температуры, тут же непонятный рычаг-рубильник, прибитое к полу пошарпанное иномарочное кресло с подголовником, забитые какими-то коробочками узкие полочки под потолком, автомобильный люк в крыше, застеклённые окошки по периметру — всё это смотрелось хоть и основательно, но как-то уж очень коряво. Словно тот кто это сделал пользовался исключительно топором и кувалдой.

Закончив осмотр рубки, я переместился к большой надстройке, а навалившись на дверь, — очень тугая, оказался внутри.

Места не особо много, но всё хорошо продумано. Деревянные откидные кровати в два яруса, в углах такие же грубо сколоченные шкафчики, по центру сваренная из трубы круглая печка-буржуйка. Ничего лишнего, всё очень функционально.

— Как тебе? — следом зашёл Андрей.

— Впечатляет.

Наверное покажи нашу лодку в нормальном мире, — засмеяли бы. Но здесь, с учётом ситуации, она была если не совершенна, то очень близка к этому.

Ну а что, путь неблизкий даже для моторных аппаратов, а нам на вёслах, да под парусами идти. Плюс непонятно кого по дороге встретим, поэтому готовым надо быть ко всему. И если ещё не так давно я не горел желанием участвовать в данном мероприятии, то сейчас, увидев своими глазами масштаб готовящейся экспедиции, поменял своё мнение.

Дома побыть, конечно, хочется, — всё же пять месяцев это срок, но сейчас я был уверен что моё место здесь, на этих неказистых баржах.

Хотя если верить руководству, — путешествие не займёт много времени, и план простой как палка: по-быстрому найти нефтяное озеро где-нибудь неподалеку, залить баки, и домой. Но, как говорится — гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Планировать мы все умеем, а вот как оно пойдёт на деле, тут уж извините, непредсказуемо.

Закончив осмотр этой баржи, я переключился на следующую. Схема та же, но если первая пока полупустая, то эта загружена по самое не хочу.

Два ряда синих двухсотлитровых бочек, какой-то разобранный агрегат (наверное тот самый аппарат для перегонки нефти), несколько раскладных ручных буров, здесь же привода, пара редукторов, ящики с инструментом, несколько велосипедов, уазовские колёса, и ещё много чего по мелочи.

— А там что? — разглядывая странное сооружение на соседней барже, спросил я Андрея.

— Загон для лошадей. — подсказал он.

Ну а что, разумно. Наверное и колеса уазовские для телеги, собрать только, всяко лучше чем на своём горбу таскать.

Дальше осматривать не стал, решение принято и надо включаться в работу. Первое что нужно сделать — замерить автожир. Так-то он небольшой, но то на земле, а здесь, в столь стеснённом пространстве, расположить его будет непросто. Метров пять в длину, почти два в ширину, даже не знаю, наверное разбирать придётся.

— Как там мои? — неожиданно спросил Андрей, и я бы удивился такому вопросу, если бы не знал подоплёку.

Тогда, десять лет назад когда он вытащил Машу из города, казалось что всё будет хорошо. Не сразу, но спустя какое-то время они даже жить стали вместе. Вот только идиллия продолжалась недолго, года два, может быть чуть больше. Не знаю уж что там случилось, могу лишь догадываться, но вскоре они расстались, и если где и встречались случайно, друг с другом даже не разговаривали.

Ну а что, внешнее сходство это еще не всё, ведь если разобраться, то они совершенно чужие друг другу люди. Да и погуливать он стал, чего уж тут таить. Баб вокруг, в смысле одиноких женщин, по десятку на каждого мужика, вот и не удержался.

— Ты у меня спрашиваешь? Я дома-то толком не был, откуда мне знать?

— Понятно… — вздохнул он

Распрощавшись с Андреем, я забрал одну из лошадей, и уже верхом вернулся в станицу. Там, добравшись до аэродрома, стал разглядывать аппарат, прикидывая что же можно с него открутить. Все машины строили по-разному, но раму изначально делали сварную и, скорее всего, максимум что можно сделать — снять хвост. Вот только это почти не влияет на габариты, и разница будет совсем не велика.

Четыре сорок длина, и метр семьдесят ширина. А ведь ещё кучу запчастей загрузить нужно, инструменты.

Вариантов немного. Освобождать место, или сделать его путём наращивания палубы. Типа как на авианосцах, — выносной стол называется.

Пока гадал и думал, откуда-то прихромал дядя Саша.

Ещё прошлым летом он бегал как молодой, но тут сдал, передвигаясь совсем по-стариковски. Опираясь на палку, он остановился, посмотрел с прищуром, но не подошел, а ухромал к сторожке.

Догонять его я не стал, особого желания общаться у меня не было, ещё перед отбытием в город мы хорошо повздорили, и судя по всему, за эти пять месяцев он так и не успокоился.