— Понимаешь что-нибудь? — когда заболело прижатое к железу ухо, спросил я.

— Неа… — помотал головой Андрей. — Наверное местные…

И только я хотел согласиться, как снаружи кто-то вскрикнул, а потом от души выругался. Причём на чистом русском, даже без акцента.

— А вот это уже наши…

— Похоже на то. — согласился я. С одной стороны, встретить русского человека было неплохо, но с другой, лучше бы этой встречи вообще не было. Спокойно осмотрели бы здесь всё, вернулись в лагерь, и там уже решали как распорядиться найденными сокровищами. Но это, как говорится, из серии про бабушку, которая могла бы стать дедушкой.

— Может поговорить попробуем?

Идея разговора не пойми с кем, мне так же не нравилась, но в этой ситуации хуже от этого уже не будет. В любом случае о нашем присутствии знают, так почему бы и нет?

— Эй! Вы слышите меня? — предварительно несколько раз стукнув по борту какой-то железкой, — для привлечения внимания, прокричал Андрей.

Его явно услышали, потому как всё стихло.

— Аллё! Эй! Чего замолчали? Ау-у!.. — ещё раз повторил он, но бестолку, за бортом не отвечали, а единственные звуки которые доносились до нас, — лошадиное ржание.

Подождав немного, мы двинулись дальше, и вскоре вышли к расположенной прямо под открытым люком небольшой винтовой лестнице.

Осторожно поднялись, и поплутав ещё полчаса, нашли выход на самую верхнюю палубу.

— Вон, гляди…звёзды… — подойдя почти вплотную, едва слышно прошептал Андрей. — Думаешь, не угнали наш транспорт?

— Скоро узнаем. — отмахнулся я, не особо надеясь на сохранность автожира. Ситуация очень серьёзная, и, что самое плохое, совершенно непонятная.

— Погоди!.. Давай я первым пойду, а ты тут останься, если всё ровно, тогда за мной выходи…

— Согласен. Лишним не будет, только первым пойду я, а ты отойди подальше, и в случае чего не лезь. Понятно?

Я был уверен что выход на палубу под наблюдением, но торчать тут вечно мы не могли, с едой-то ладно, можно потерпеть, а вот без воды уже никак. Флягу что взяли с собой, почти прикончили, поэтому долго высидеть в трюме не получится.

Да и вообще, что мешает им закрыть ещё и этот выход?

С такими невесёлыми мыслями я поднимался по лестнице, но выглянув наружу, никого не заметил. Во всяком случае, прямо возле люка меня не ждали.

Вылез по пояс, осмотрелся ещё внимательнее, и всё так же никого не обнаружив, полностью переместился на палубу.

Вдалеке, а находился я сейчас на носу корабля, что-то темнело, и мне очень хотелось чтобы это был наш самолётик. Ну мало ли, не заметили его гости нежданные, или внимания не обратили. И я, томимый надеждой, стараясь не топать, двинулся в сторону тёмного пятна. Вот только не успел сделать и трех шагов, как затылок взорвался болью, моментально гася сознание.

Очнувшись, а показалось что почти сразу, попытался встать, но руки и ноги оказались связанны.

Не открывая глаз, прислушался. Рядом, буквально в паре метров,негромко чавкали, а ещё сильно пахло дымом.

Костёр жгут?

— Да ладно тебе, не придуривайся… — сказал кто-то, и меня несильно пихнули под ребра. Видимо мои телодвижения не остались незамеченными.

Я открыл глаза. Светало.

Наклонившись, надо мной стоял молодой пацан, и внимательно меня разглядывал.

Смуглый, темноволосый, с острыми чертами лица и почти чёрными глазами, одет он был весьма странно для «соплеменника».

Куртка из грубой кожи, такие же штаны, шапка с меховой оторочкой и стоптанные мокасины. На одном боку нож без ножен, на другом кобура с пистолетом.

— Пить хочешь? — неожиданно спросил он.

— Есть такое… — ответил я.

Пацан сместился куда-то из зоны видимости, и вернулся уже с большой эмалированной кружкой.

Пока он ходил, мне удалось осмотреться, но кроме него в округе никого не было.

С трудом поджимая ноги, я сел, но больше ничего сделать не мог, связанные за спиной руки оставляли совсем мало пространства для манёвра.

— Извини, развязать не могу, сам понимаешь… — сказал пацан, поднося кружку.

Вода была теплая и невкусная, но пить хотелось зверски, поэтому не особо обратил на это внимания.

— Может объяснишь какого тут хрена происходит? Ты вообще кто? — опустошив ёмкость до дна, спросил я.

Пацан почесал в затылке, явно собираясь с ответом, но тут в поле зрения появились ещё двое.

Один здоровый как бык, роста какого-то невообразимого, нереально широкий, с отсутствующей шеей, круглым как шар лицом, сложенным вправо носом и очень маленькими глазками. Шёл он медленно, и хоть этого не может быть, но мне казалось что от его шагов трясётся земля.