А здесь уже внутреннее убранство было совсем иным. Местный колорит во всю соревновался с привычными интерьерами. Высокие потолки, подпёртые массивными колонами, вазы в половину моего роста, обнаженные мраморные девы, золочёные клетки с птицами, расставленные повсюду кальяны, картины на стенах, и тут же подключенный через удлинитель огромный телевизор с колонками для караоке, несколько вентиляторов на подставках, часы с кукушкой и люстра под потолком с вполне привычными лампочками. Причём вентиляторы во всю гоняют воздух, а на панели телевизора горит светодиод.

Генератор? — Скорее всего. Звука хоть и не слышно, но он вполне может находится где-то на удалении, или просто в подвале.

Пройдя через этот зал, я оказался в помещении поменьше, и обставленном уже без античных излишеств.

Обычный стол, диван в углу, пара стульев, книжный шкаф, небольшой холодильник тут же, и ещё один телевизор.

— Присаживайся. — незаметно появившийся человек сел за стол, и выжидательно уставился на меня. Лет под шестьдесят, такой же смуглый как и все кого я встречал последние дни, он хорошо говорил по-русски, но носителем языка не являлся.

А вот стул, на который мне предстояло сесть, казался совсем непрочным. Деревянный, с завитушками и резьбой, он явно не был предназначен для моих габаритов. Вот только других вариантов не было, и я осторожно присел. Стул заскрипел, но выдержал.

— Не переживай, он только с виду хрупкий, на самом деле двоих выдержит… — усмехнулся хозяин.

— Я и не переживаю. Всё равно дальше пола не упаду… — в том же тоне ответил я.

— Гарантирую, не упадешь. Тебя как зовут?

— Иван. — не стал я откровенничать. Не то чтобы боялся чего-то, скорее по привычке, рассуждая что вокруг враги и им совсем незачем знать моё имя. Хотя по большому счету, какая разница? Им что Вася, что Ваня… Один хрен.

— Мне сказали что ты летчик, это так? — не удосужившись представиться в ответ, мой визави перешёл к главному.

— Так. — подтвердил я.

— Замечательно… Военный?

Помотав головой, я сказал что отношусь к сугубо гражданским пилотам и летал лишь на совсем маленьких судах.

— Замечательно! — снова повторил тот. — Как раз такой пилот нам и нужен! Сейчас тебя проводят в одно место, посмотришь кое что, и когда вернёшься, продолжим наш разговор. Договорились?

Конечно договорились. Разве у меня был выбор? Я бы может ещё поболтал, но в тот же момент откуда-то возник здоровяк и недвусмысленно положив руку мне на плечо, подтолкнул к выходу.

В этот раз шли долго. Сначала по тем же узким клочкам, потом вдоль стены с её дикой вонью, и когда я чуть не блеванул от запаха, вышли за пределы города, где нас уже ждали.

Трое верховых и запряженная двумя кобылами телега.

— Садись. — подтолкнул здоровяк.

Я уселся с краю, позади оба моих сторожа, и здоровяк «за руль».

Один из всадников прокричал что-то не по-нашему, и мы плавненько тронулись.

Ехали долго, и ещё издали, в низине, я заметил высокий забор, огромные ворота, пару деревянных вышек, да небольшую будку у ворот.

Когда подъехали, из будки, лениво почесываясь, вышел пузатый тип, переговорил со здоровяком, и сложив руки рупором, прокричал что-то на своем тарабарском.

Только он умолк, как массивные створки ворот пошли в сторону, пропуская нашу делегацию на охраняемую территорию.

Чего-то в таком духе я и ожидал, но без конкретики. Сейчас же, лицезрев воочию спрятанное за забором, едва не потерял дар речи.

Передо мной, на незначительном удалении, стоял АН-2. Причём не какой-нибудь, а наш, тот самый на котором я учился летать. Латаная-перелатанная обшивка с характерными отметинами, правая стойка шасси которую я лично усиливал, наваривая дополнительные ребра жесткости, нацарапанное кем-то из мальчишек матерное слово вдоль всего борта, все эти признаки однозначно указывали на принадлежность самолета.

С трудом сдержав эмоции, слез с телеги и сделал пару шагов к кукурузнику.

— Летал на таком? — спросил, выходя из-за спины, здоровяк. Сощурившись, говорил он с напускным равнодушием, но мне казалось что повисшее в воздухе напряжение в этот момент можно даже потрогать. Отвечу что не летал, что будет?

— Доводилось. — не стал я скрывать.

— Славно. — с облегчением выдохнул тот, и на мой следующий вопрос о происхождении самолета, глубокомысленно изрёк, ткнув пальцем в небо.

— Оттуда.

— Понятно. Он на ходу? — то что к старым отметинам от пуль прибавились новые, я заметил сразу, но только теперь обратил внимание на приличных размеров дыру прямо в носу, ближе к кабине.

— Не знаю. — пожал плечами здоровяк, а я подошёл поближе.

Дыра от чего-то крупного, но потёков масла, или копоти, на обшивке нет, так что возможно ранение не такое и страшное. В любом случае, как говорится, вскрытие покажет.

Дверь была не заперта, и потянув на себя ручку, я заглянул внутрь.