– Марк, ты что?..

Он оторвался от меня, но не успела я перевести дух, как он впился поцелуем уже в мои губы. На этот раз я не сдержалась и оттолкнула его. В его покрасневших глазах застыла мольба.

– Ты не знаешь, не можешь себе представить, каково мне тут пришлось без нее. Ты не понимаешь, вы сестры. А я… Я был бы и рад отвлечься на другую женщину, но не мог. Я никого вокруг себя не видел, только ее. Но сегодня… В столовой… Я смотрел на вас, и мне казалось, что ты – это она. Правда!

– Я не она.

– Я знаю, но если не зацикливаться на мелочах, а просто смотреть… то возникает полная иллюзия! Полная! Черт, я не знаю, как объяснить… – Он схватил меня за руки. – У тебя такие же пальцы, глаза, грудь, все – понимаешь, буквально все! – Он не спускал с меня исступленного взгляда. – Ты не представляешь, что для меня будет значить одна ночь… всего одна ночь. Это как если бы Джейн вдруг вернулась. Это…

– Замолчи! – прошипела я, боясь потревожить детей. – Ты понимаешь, что несешь? Я не Джейн и не смогу притвориться Джейн! Во имя каких бы то ни было высоких целей! Ни ради твоего утешения, ни даже ради детей. Одна ночь… Да ты с ума сошел! О Боже…

Он долго смотрел в пол, затем вновь поднял на меня глаза, провел рукой по волосам, словно приводя их в порядок, как-то гаденько подмигнул мне и вдруг шепнул:

– А ведь это был бы не первый случай, когда ты сыграла бы ее роль, а?

Эти слова электрическим разрядом прошили все мое тело. Я лишилась дара речи и даже не могла вздохнуть. И лишь когда он снова сжал мои ладони, очнулась и выдернула их.

– Что ты сказал?

Он опять подмигнул и улыбнулся:

– Ты знаешь.

В следующую секунду я уже стояла перед ним, а отброшенный ногой пуф валялся метрах в трех.

– Я ухожу. Переночую в отеле. Передай детям, что вернусь днем.

Он моргнул раз, второй, по лицу промелькнула тень растерянности. Он словно наконец очнулся от наваждения или сделал вид, что очнулся.

– Подожди, не делай этого. Я не хотел тебя обидеть. Просто ты очень красивая, и на меня нашло затмение.

Он попытался подняться с кресла, но покачнулся и вновь сел. На мгновение мне захотелось помочь ему, подать руку, но я удержалась. Противно было до него дотрагиваться.

– Я пойду наверх за вещами. А ты сиди здесь.

– Перестань ломать комедию, ты прекрасно знаешь, что спокойно можешь заночевать здесь и ничего с тобой не случится.

– Я все сказала, Марк.

Я быстро вышла из гостиной, поднялась в выделенную мне комнату и перекинула через плечо дорожную сумку. Слава Богу, я не успела днем разложить вещи. Спустившись вниз, я обнаружила, что Марк стоит на пороге и загораживает выход.

– А что я скажу детям? – обиженно воскликнул он.

– Не смей! Не смей давить на меня, прикрываясь детьми! Скажи им, что меня срочно вызвали. По работе. Что я вернусь днем. Обязательно.

Марк молча опустил голову и отошел в сторону. Руки его безвольно висели. Казалось, он вот-вот снова заплачет или упадет на колени и будет вымаливать прощение. Я не стала ждать, молча прошла мимо, распахнула дверь и выбежала на крыльцо.

Едва я вышла из дома, как дверца моего «мустанга» распахнулась.

– Джордан? – услышала я голос Венди. – Что случилось?

– Все в порядке, Венди. Просто я здесь сегодня не ночую.

– Почему?

Я вдруг вспомнила о своей грубой шутке насчет того, что Венди начнет приставать ко мне. Ко мне сегодня действительно приставали, но если бы мне утром кто-то сказал, что это будет муж моей несчастной сестры…

– Да так, мужской бред.

– А-а… Бывает. Куда мы сейчас?

– В отель.

Она забрала у меня сумку и бросила на заднее сиденье «мустанга».

– Знаете… Может, вы фанатка гостиничного сервиса, но если нет, то у меня дома есть свободная комната. Мне по-любому вас опекать круглосуточно, где бы вы ни ночевали. Так что решайте. Но дома, по крайней мере, у нас будет ужин и кофе. И нормальные туалетные принадлежности.

Я много раз за свою карьеру мечтала о гостиничном номере, как о манне небесной. Мне приходилось ночевать в таких местах, что и вспоминать-то жутко… Но сейчас совершенно не улыбалась перспектива оказаться в стерильной обстановке накрахмаленных простыней и казенного гостиничного запаха. Хотелось, чтобы меня окружали человеческие вещи. Нормальная кухня, продавленный диванчик, раскиданные повсюду компакт-диски… Я взглянула на Венди, взмолившись, чтобы она не оказалась такой же чистюлей, как Марк.

– Спасибо. Пожалуй, не откажусь. Поехали.

Я завела «мустанг» и вдруг услышала противный тонкий писк.

– Что это? – растерянно уставилась я на приборную панель.

– Сотовый, – тут же отозвалась Венди. – «Нокия», только у них такие отвратительные звонки. У нас все такие в офисе.

Я нашарила свою сумочку и действительно обнаружила в ней надрывающийся телефон, который Кайсер дал мне днем.

– Да? – сказала я, ответив на вызов.

– Мисс Гласс? Это Бакстер.

– Слушаю вас.