Глава 50

Тим

– Врач говорит, что надо полежать пару недель, - рассуждает Сева и наблюдает за тем, как я натягиваю рубашку.
– Каких-то четырнадцать дней, перелом не сложный, без смещения...без осколков...ты слышишь меня?

– Севастиан, отвали.

Застегиваю пуговицы.

В груди давит, дышать тяжело, выдать пару слов - просто уровень терминатора.

Ерунда.

Хуже валяться в постели полмесяца, нет у меня на это ни времени, ни желания.

– Ну и дурак, - по-детски заключил младший. Сидит в кресле у кровати и черным платком натирает очки.
– Зачем звонил-то? До дома подбросить?

– Нет, к Геле.

– Туда не надо.

– Почему?
– справился, наконец, с пуговицами и поднял голову.

Ребро сломано у меня, а умирающим выглядит брат. Новости про Ареса я уже видел, о личной жизни и черном заработке нового губернатора не написал только ленивый.

Но дело не в трепе журналистов.

Что-то еще есть, я что-то забыл.

Гребаные таблетки.

– С Ритой что-то?
– первая моя мысль.

– Съезди в гостиницу и сам спроси, - Сева отбросил платок в сторону и резко поднялся.
– Услышишь много интересного о ее планах на жизнь с сыном и со мной. И с тобой. И с Аресом.

– М-м, - нетвердым шагом двинулся к выходу из палаты.

Надо к врачу зайти. И написать отказ от госпитализации.

Голова чугунная после килограммов обезболивающего, соображаю с трудом.

О чем я мог забыть?

– Ты не согласился с Ритой?
– спросил, не оборачиваясь.

– А ты это как себе представляешь?
– он вышел за мной в коридор.
– Я думал. Все утро. Может, этого мало. И надо еще подумать. А может - она оху*ла такое предлагать. Как я ее буду в этом желании поддерживать? Скажу: да, я тоже за то, чтобы кроме меня, тебя трахали еще мои братья. Интересная мысль. Устроим семейное собрание. И там будем решать. Будем мы делать это по очереди, график составим и повесим на холодильник. Или проще одновременно - а то ох уж эти графики. Запутаемся. Кто-нибудь придет не в свой день. Будет обидно. Скандально. Подеремся еще.

– Угу, - шагнул в кабинет, дверью отрезал от себя Севастиана и его обозленный треп. Из того, что брат наболтал нихрена не понял, я сейчас и не вникну. Приблизился к столу.
– Так...Где подписать?

Бумажки, бумажки.

Я думал о чем-то и забыл, мысль где-то далеко в моей гребаной черепушке засела и ее не достать.

Но там что-то важное.

Да, кажется.

Я должен был что-то сделать и не сделал.

Что я хотел?

– К маме ехать не надо, - начал раздавать свои идиотские советы Севастиан, едва я открыл дверь.
– Они поругались с Аресом. Мне тоже поставили ультиматум. Ты - следующий.

– Что там?

– Арес предал Лидию. Гела была в бешенстве. Я посодействовал, чтобы его выперли из дома, - сказал младший так просто, словно продавца пылесосов с порога прогнал.

Он идет медленно, шаг в шаг в со мной, под ноги себе смотрит - споткнется сейчас.

Знакомое чувство.

И в моих мозгах рассвет.

Я вспомнил.

Я сделал уже, нечто плохое. Такое, что в себе носить невозможно, если не скажешь, кому-нибудь - нахрен сойдешь с ума. Стоп-кран сломан, поезд катит мимо рельс.

Пим-пим-пим - оживает телефон брата, и я тоже.

Да бл*ть, ничего пока не случилось, я загоню свою съехавшую крышу обратно, только надо успеть, успеть...

– Черт!
– в панике зашарил по карманам. Трубку оставил в палате.
– Дай телефон!

– Да, - уже принял звонок Севастиан. И когда я начал вырывать трубку - отбил мою руку.
– Что, не понял?
– он заткнул пальцем ухо, чтобы разобрать, а я слышу только бубнеж телевизора напротив стойки администратора.

Идут секунды, мы теряем время, пока он болтает - по моей вине случится непоправимое.

С моим братом.

А потом и со мной. Потому, что с подобным не жить.

Толкнул дверь и выпал на крыльцо. Душный вечер метнулся навстречу, держусь за перила, спускаюсь.

– Куда рванул, Тим, стой, - брат нагнал меня в пару шагов и бестолково завертел головой, - бл*ть, куда машину поставил. А, - он рванул к Кадиллаку, на ходу бросил, - звонили из гостиницы, номер оплачивал я. Спрашивают, когда мы заберем ребенка из игровой. Рита не берет трубку.

– Я ей звонил сегодня, - вспомнил, как набирал ее номер, пока не вырубился, и так и не получил ответа.