— Я так и думал, мадам.

— Мистер Сэкетт, вы едете на Запад, правда? Вы не могли бы взять меня, то есть нас, с собой?

Оррин выжидательно посмотрел на меня. Менее всего мне хотелось брать в наше опасное путешествие молодую, хорошенькую девушку. Да и Мери Мак-Кенн выглядела тоже очень привлекательно, хотя и была не так молода, как Нетти.

— Пожалуйста! Другого пути на Запад нет, а мне необходимо найти брата! Мне надо его отыскать!

Я колебался, подыскивая отговорку, но у меня ничего не получалось. Кроме того, я, старший из братьев, формально, по крайней мере, являлся в нашем мужском обществе главным. Но это не потому, что я сам добивался такого положения.

Еще я не знал, что на все это скажет капитан. Как Мери Мак-Кенн приобрела это имя и что заставило ее изменить его? Тем более сейчас, когда такая перемена имени стала редкостью к западу от Миссисипи. Последний раз я встречал Мери Мак-Кенн под другим именем по пути в Нью-Мексико.

— Мадам, — начал я осторожно. — Мы едем далеко, и путь туда очень опасен. Такого вы еще не испытывали. Насколько я знаю, отсюда до горных областей есть всего один форт. Те места еще совсем дикие, там враждебные к нам индейцы, много волков и медведей. Может, нам придется подолгу обходиться без воды, да и пища будет не самого лучшего качества. Как тронемся отсюда в путь, мы уже не сможем нигде остановиться, даже ради женщины. Мы обещали доставить скот по назначению до наступления зимы и должны обязательно сдержать слово. Поехав с нами, вам придется трудиться на равных с мужчинами. Путь очень сложен, мадам, и нам не по дороге с теми, кто не привык работать.

Она вздернула подбородок.

— Я умею работать! И буду работать!

Я посмотрел на нее, на ее вздернутый подбородок, на искорки в ее глазах и подумал об Оррине, о его неудачном первом браке. Эта девушка настаивала на своем, и Оррин, я видел, как никогда желал этого, он хотел быть рядом с ней. Но я точно знал, что еще ни одной женщине не приходилось так трудно, как придется этим двум.

— Хорошо, — согласился я, — но только без нытья, без надежды на жалость.

— Вам не стоит опасаться. — Она расправила плечи и посмотрела мне прямо в глаза. — Я могу выдержать столько же, сколько мужчина.

— Вы ездите верхом, мадам, стреляете?

— Да, могу ездить верхом и немного стрелять.

— Тогда будьте с нами, и, если ваш брат жив, мы его найдем.

— А где Кайл Гевин? — спросил Оррин.

Она нахмурилась.

— Откуда мне знать? Он был очень внимателен ко мне, но потом неожиданно исчез. Я не знаю, когда он уехал и почему.

Я уже выходил из форта, когда капитан и Хани въехали в ворота.

— Капитан, — окликнул я, — если увидишь знакомого тебе человека, не торопись называть его по имени.

Он посмотрел на меня своими старыми и мудрыми глазами, которые казались старше и мудрее его самого, и ответил:

— Я давно понял, что имя человека ничего не значит. Но человек сам создает себе настоящее имя. — Он спешился и спросил: — Что ты решил насчет женщин?

— Мы берем их с собой, капитан. Одна из них настолько смела и уверена в себе, что может потушить адово пламя ведром воды. Другая такого же мнения о себе.

Капитан помолчал, держась за луку седла.

— Телль, мы с тобой лучше других представляем, что нас ждет на этом пути.

— Это правда.

Нам приходилось проходить безлюдными дорогами, когда над нашими головами плавала полная луна и лишь голые скалы щерились на небо. Мы столько раз в жизни видели, как умирали люди и падали лошади, как подыхал скот от жажды и жары. Наша кожа огрубела от сухого ветра и мороза, от песчаных бурь и снегопадов. Мы представляли, что нас ждет впереди, и мы знали, что эта девушка может погибнуть или сойти с ума от жары и жажды. Я знал, что не имел права позволять ей ехать с нами. Но я увидел в ее глазах страстное желание и упорство в складке губ и вздернутом подбородке…

— Оррин позаботится о ней, капитан, — сказал я, — думаю, она выдержит.

— Ну если ты уверен… — Он привязал лошадь. — А как я должен называть другую, которая сменила имя?

— Мери Мак-Кенн, — отрекомендовал я, — она замечательно готовит. — Я хитро посмотрел на него. — И всю свою жизнь она была влюблена в одинокого скитальца, перекати-поле, который теперь перегоняет скот по бескрайним просторам Америки.

— Лично у меня нет такой знакомой, — решительно заявил он и вошел в магазин. Я последовал за ним.

Мы сделали необходимые закупки, включая патроны, — но не за деньги: местные жители нуждались в говядине. Когда мы выехали из Форт-Карлтона, в нашем стаде осталось на тридцать голов меньше. Но это и к лучшему: у нас не было достаточно денег для покупки провианта и оружия. Мы много потратили, и теперь нам не хватало наличных.

Преодолев холм и спустившись на зеленую равнину, мы дали стаду немного попастись. Только одному Богу известно, что нас ожидало впереди, и единственное, что нам оставалось — накормить скот, раз уж представилась такая возможность.