— Девочек рано, — перебил я её и не смог не улыбнуться. — Я бы с удовольствием его вылечил. Вот только на мели совсем. Всё, что заработал, потратил на нашу дорогую Кьяру. Поэтому тут решил обойтись деньгами.

— Ранди, — совершенно серьёзно проговорила Силикона, приблизив ко мне лицо. — Вот честно мне скажи: ты и правда дурак? Или просто притворяешься?

— Правда… то есть что? — она настолько сбила меня с толку, что я даже потерялся. — Ты вообще о чём?

— Дорогой мой, — ответила она, вкладывая бокал в мою ладонь. — Запомни раз и навсегда: богиня ребёнка не обидит! Почему ты мне сразу не сказал, что нужна помощь?

— Да я побоялся, что ты ему какое-нибудь надувное сердце вместо настоящего поставишь, — я развёл руками, потому что сейчас просто выкручивался. На самом деле я вообще не рассматривал вариант с её помощью. — Или ещё там ему чего закачаешь. А ему ещё всю жизнь жить.

— Так, — она выпила шампанское и со стуком поставила бокал на стол. — Я смотрю, ты и правда дурак. Это же ребёнок! Я, конечно, тётка своеобразная, но я в первую очередь — женщина! Ты знаешь, где он сейчас находится?

— Знаю, — кивнул я, открывая перед собой папку с адресом больницы, где он находился сейчас. — Вот у меня тут есть…

— Погнали, — перебила она меня. — У меня благодати хватит и на портал и на лечение. А потом отметим!

* * *

Через полчаса мы уже вернулся к своим. Впрочем, сказывалось то, что день сегодня был очень тяжёлый. Почти все разошлись. Силикона тоже сказала, что устала и пошла к себе. Но я-то знал, что её вымотали порталы и лечение, высосав почти всю благодать.

— Жозефина Павловна велела тебе кланяться, — проговорил Бухарыч, отвлекаясь от какого-то эксперимента со Ждановым. — Говорит, очень благодарна за всё.

— А остальные? — спросил я, и лишь после этого обратил внимание на настенные часы, стилизованные под старину. — Спят уже, да?

— Угу, — хмыкнул Жданов, но не отвлекаясь от того, что они делали.

И мне стало интересно, чем целитель и алкогольный бог могут на пару так увлечённо заниматься.

Когда я подошёл к ним, выяснилось, что перед ними лежит храпящий Дезик, на котором они, собственно, и ставят свои опыты.

— Вы мне только пса-то демонического не прибейте случайно, — попросил я, с жалостью глядя на Цербера.

— Не, — махнул рукой Антон Павлович. — Мы вообще наоборот.

И снова с головой ушёл в плетение заклинания.

— А чего вы делаете-то? — решил спросить я напрямую, потому что так мне никто ничего объяснять не собирался.

— Да вот, понимаешь, — Бухарыч перевёл на меня взгляд, пытаясь объяснить, но не смог подобрать слова и сдался. — Ай, пусть он объясняет.

— Антон Палыч, — обратился я к Жданову. — Расскажешь?

Тот показал мне рукой, чтобы не мешал.

Ну ладно, если так важно, то подожду. Наконец, они закончили колдовать над Дезиком и распрямились.

— Видишь ли, — сказал мне Жданов, глядя уставшими глазами на бесчувственного пса. — Надоело мне лечить вас от похмелья каждое утро. Поэтому попросил Бухарыча помочь мне, чтобы создать такое заклинание, которое предотвратит похмелье.

— Ты же вроде бы что-то такое на мне пробовал? — с удивлением проговорил я, вспоминая своё утро после доярок. — Или с тем заклинанием что-то не так?

— Всё так, — ответил на это Жданов с досадой. — Кроме того, что оно вообще никуда не годится. — Вроде бы и подлечивает, но через время похмелье снова забирает пациента. И потом, то заклинание борется с последствиями, возможно, именно поэтому оно не столь эффективно, как хотелось бы. А мы тут создали такое, которое его вообще предотвратит. То есть пьёшь вечером сколько хочешь, а утром — никаких последствий. У организма, знаешь ли, тоже ресурс не бесконечный.

«Отличная штука! — внезапно проснулся Игорь. — Попроси его, чтобы поделился заклинанием. Обязательно пригодится!»

Я передал просьбу Туманова Антону Павловичу. Он ехидно усмехнулся.

— Пока это только эксперименты, — он снова глянул на Цербера. — Одну голову нашей псячки мы обработали разработанным нами заклинанием. А вторую — нет. Посмотрим, какая будет разница наутро.

— А третью? — не понял я. — Забыли что ли?

— Нет, — хохотнул Бухарыч и погладил Дезика. — Третью мы пятьдесят на пятьдесят сделали. Посмотрим, что выйдет.

Глава 15

Ночью ко мне снова пришла она.

Точно такая же, как тогда — на яхте. Только платье было другое. Более закрытое и целомудренное. Да и весь её вид вызывал не острую похоть, как раньше, а тёплую симпатию, идущую из глубины души.

И только сейчас я смог понять, кого мне постоянно напоминала Кьяра. Вот же дрянная девчонка! Сначала изводила меня, постоянно показываясь в разных местах. А потом — хлоп и приехала с дедом, но в таком виде, что узнать её было практически невозможно.