Плачущих, не верящих своему счастью рабов и пленников окружили ближайшие родичи, бережно проводив через зеркало. Ниэль тоже хотели унести, но она упрямо мотнула головой. С помощью Харона эльфийка встала на ноги и заняла место за плечом Древней. Напрасно по мнению Стрижа — начнись заваруха и раненая станет обузой. Но при этом он понимал, что Ниэль скорее умрёт, чем пропустит этот поистине судьбоносный момент в истории её народа.

Вскоре из портала вереницей вышли эльфы без доспехов и оружия, неся небольшие кадки с ещё совсем юными саженцами амброзии.

— Пока вы так отчаянно цепляетесь за прошлое, я собираюсь дать начало лучшему будущему. И те, кто желает смотреть вперёд, должны пойти со мной.

Повинуясь заранее оговорённому жесту, один из лесных эльфов нырнул в зеркало, передав команду заблокировать его до нового сигнала Древней. Рисковать вторжением поднебесников в лагерь с женщинами и детьми никто не собирался, как и распылять силы, оставляя часть с Дану, а часть на охране портала.

Но поднебесникам было уже не до лесных. Они завороженно смотрели на баснословные сокровища, немыслимые в их прежней жизни. Даже если выживет половина саженцев, плодов хватит на всех. Пусть не целиком и каждый день, но даже одна долька в неделю — неслыханное счастье. Роскошь, до этого дня доступная лишь избранным.

Дану улыбнулась и решительно пошла к лестнице, ведущей к выходу из города. За ней заученно выстроились эльфы с саженцами, а следом уже остальные.

В торжественной процессии участвовало всё население Поднебесного, от мала до велика. Каждому хотелось присутствовать при знаменательном событии, чтобы потом рассказывать о нём потомкам. Даже Старшие шли вместе со всеми, окружённые телохранителями и сохранившими верность приспешниками.

Толпа запрудила коридоры-улицы, стиснув пустотников и отряды лесных эльфов. Сейчас Старшим и их сторонникам предоставился очень удобный момент для нападения. А драться в такой тесноте, когда вокруг полно мирняка, очень не хотелось.

Стриж и репликанты обменялись условными жестами, распределяя позиции на случай атаки. Лёха и Арес протолкались к Дану, чтобы прикрыть её и Ниэль крыльями эгид, а Харон, наоборот, чуть отстал, чтобы оказаться позади свиты Старших. Вздумай правители города, — теперь уже однозначно бывшие, — рыпнуться, их не спасли бы никакие телохранителя. Репликанту очень хотелось сполна поквитаться за Ниэль и остановить его не смогла бы даже собственная гибель.

Но обошлось без кровопролития. Всё внимание поднебесников было приковано к саженцам — святыне, которая теперь станет общим достоянием.

Процессия вышла в поля. Патруль на саблезубах при виде этой картины подъехал ближе. Фигуры в крылатой броне насторожили воинов, но всю подозрительность как ветром сдуло, стоило им рассмотреть саженцы.

Дану выбрала место для посадки. Работа прошла в полной тишине. Лишь шуршала падающая с лопат земля да тихо порыкивали саблезубы, удивлённые поведением хозяев. Сами поднебесники, казалось, даже дышать перестали, чтобы ненароком не навредить бесценным деревьям.

— Отныне амброзия будет доступна для всех, а не только для избранных, — провозгласила Дану, с улыбкой глядя, как нежные деревца вкапывают в землю. — Все будут обучаться владению магической силой и изготовлению артефактов. Больше никаких господ и никаких рабов. Никакой продажи эльфов Паукам.

— Но… — решился подать голос один из Старших, — тогда люди придут истребить нас!

Улыбка Древней стала хищной.

— Потому мы должны как можно скорее забыть о распрях и стать сильнее. А я позабочусь о том, чтобы в этой войне у нас были могучие союзники!

Золотые глаза на миг задержались на пустотниках.

Вид у Старших и их ближайшего окружения был кислый. Власть утекала прямо сквозь пальцы, что не нравилось бывшим властителям города. Совершенно не нравилось.

Лёха не сомневался, что как только представится возможность они попытаются убрать Дану и прибрать к рукам все знания и технологии, которыми она поделится с потомками. Это сейчас, при всём честном народе, перечить «богоподобной Древней» смерти подобно. Но все, как бы могущественны они не были, смертны. А во сне так и вовсе очень даже уязвимы. Нужно просто дождаться подходящего момента и тихо устранить проблемы.

Дану тоже прекрасно всё это понимала.

— Теперь покажите мне всё, что вы сумели найти и сохранить со времён войны, — приказала она Старшим. — Требуется как следует экипировать и вооружить отряды охотников на демонов. Нам понадобится много удобрения для амброзии.

По толпе снова пробежал шепоток. То, с какой небрежностью Дану говорила о том, что ещё утром было сакральной тайной, поражало воображение одичавших эльфов.

А вот недавние правители мрачно переглядывались, ища предлог если не отказать в доступе к хранилищу артефактов, то по меньшей мере отсрочить этот момент.

Они прекрасно понимали, кто будет первыми кандидатами на скамью подсудимых. Первой костью, брошенной толпе.

И положиться им не на кого. Собственные простолюдины после представления с амброзией и саженцами готовы глотки рвать за чёртову Древнюю. Что простые горожане, что стража, что воины охотничьих ал — все смотрели на Дану глазами полными обожания. А вот на своих прежних правителей наоборот. Нехорошо так, будто уже примеряясь с какого боку их сподручнее рвать на куски.