Джек гордо произнёс:

— Верно подмечено.

Я почувствовала облегчение, но тут же снова напряглась.

— А мои ты читал?

Мы их особо не прятали. Возможно, стоило. Там есть кое-какие личные моменты...

Ти замотал головой.

— Это другое. Я не стану делать этого без твоего разрешения.

— Спасибо. Я подумаю, когда буду готова.

Надо будет попросить его пропустить несколько сцен.

— И хочу когда-нибудь заглянуть в замок Леты. Он часто мне снится. Если хотя бы половина из описанного дядей Солом — правда...

— Посмотрим, что можно сделать, — сказала я. — А письмо Арика ты прочитал?

— Да. — Ти несколько стушевался. — Я ведь любил его, да? Когда был совсем маленьким?

— Ещё как, — ответила я. Голос невольно охрип. Под столом Джек сильнее сжал мою ладонь в знак поддержки. — И он это знал. Он как-то сказал мне, что чувствует, что твоя любовь так же крепка, как щит, выдержавший не одну битву.

Ти с трудом сглотнул.

— Это хорошо. — Он словно хотел сказать что-то ещё, но, взглянув на моё лицо, выдавшее бурю едва сдерживаемых эмоций, поднялся. — Пойду-ка я тоже в город, присмотрю за Кло и её подругами, пока они не влезли в неприятности.

Мы с Джеком переглянулись. Мы подозревали, что Ти влюблён в лучшую подругу Кло — милую девчонку, которая наверняка обрадуется, узнав, что привлекла внимание такого парня.

— Отличная идея, — сказала я. — И проследи, чтобы все вернулись к ужину. Цирцея будет здесь в шесть.

— И помни, — добавил Джек своё обычное наставление в память об Арике: — если не можешь отвечать за свои поступки...

— Не совершай их, — закончил за него Ти. — Помню, пап. — Но затем задержался на пороге. Обрамлённый солнечным светом, он был так похож на Арика, что я едва не ахнула. — Я подумываю написать свои собственные хроники, чтобы ты передала их моему отцу в следующей игре.

Я смогла только беззвучно кивнуть.

Глава 51

Императрица

— Как ты? — спросила Цирцея, поднявшись над рекой в своей водной форме.

Мы были вдвоём. Солнце уже село, и суматоха улеглась. Джек, Ти, Кло и Кент сидели на крыльце, обсуждая новый музей, а две мои проказницы уже легли спать... Но это неточно.

— Держусь.

Дни рождения давались непросто. Каждый год жизни нескольких Арканов был риском: любой из нас мог победить, а значит, в следующей игре оказаться старше и слабее всех. Каждая секунда этой жизни отнимала время, которое я смогу провести с Ариком в следующей реинкарнации.

Он вступит в игру молодым и сильным, а я уже не буду той девчонкой, в которую он влюбился. Я буду зрелой женщиной... неспособной использовать свои силы. Дело даже не в привлекательности; какой толк будет от меня как от союзницы против врагов?

Цирцея из воды наклонила голову.

— О Дураке так ничего и не слышно?

— Ни слова. — Она каждый год спрашивает меня об этом в день рождения, это уже наш своеобразный ритуал. Так же как и я каждый год выращивала одуванчики и выплетала два венка. — Он тёмная лошадка.

Сумасшедший, как лиса.

— Как и в таро.

— Говорят, что его и Мудрых Матерей последний раз видели в западной части Канады. Они прошли мимо нас.

— Хм. Возможно, Младшие боятся бросать вызов Старшим.

— Эти женщины не из робкого десятка, — отметила я. — Они разобрались с несколькими опасными бандами.

— Думаешь, Дурак присматривает за нами?

— Думаю, благодаря ему у нас были все эти годы. Никаких макгаффинов, никакой игры, никаких Младших.

Как выразить все свои мысли по поводу Мэтью?

Он не раз говорил мне, что я плохо слушаю, поэтому я мысленно прокручивала всё, что он говорил. Среди множества фраз чётко и неизменно он пытался донести одну: ты мой друг.

После долгих размышлений я пришла к выводу, что ему стоит доверять. Я решилась на прыжок веры. Позволила Дураку вести меня...

— А что, если всё это было частью его плана? Что, если он специально устроил всё так, чтобы мы завершили апокалипсис? Может, он всё организовал и приготовил, а мы только добавили вишенку на торт? Он доверился нам.

Цирцея задумчиво произнесла:

— Тогда в чём заключается его нынешний план?

Хороший вопрос.

— Понятия не имею.

Но подозреваю, что мой друг продолжает игру как минимум ради спасения всего человечества.

— Надеюсь, ты права насчёт него, — сказала Цирцея и закашлялась.

Я заметила, что с ней что-то не так, когда она общалась с детьми во время барбекю, у неё как будто поубавилось энергии.

— Ты в порядке?

Колебание.

— У меня... плохие новости. Боюсь, это мой последний визит к вам.