Моя задача — после столь долгого существования — умереть с честью. Твоя задача — вернуть Эви к жизни.

А.Д.

Я прошептала:

— Ты достоин.

Чернила были слегка потёрты, лист истрепался — я знала, что Джек проводил пальцем по этим строчкам раз за разом на протяжении многих лет.

Ты достоин.

Всякий раз, когда он начинал сомневаться в себе, он перечитывал это письмо, и Арик напоминал ему:

Ты достоин.

Возможно, я была слишком занята детьми и не замечала, как важно Джеку знать, что...

Ты достоин.

Арик поддерживал его даже из могилы.

Ох, Джек. Ты не представляешь, насколько ты достоин.

Дрожащей рукой я вернула письмо Ти.

— Почему ты дал мне его именно сейчас?

— Потому что ты не закончила. Миру всё ещё нужна надежда. Мы не вступили в новую эпоху. Ещё нет.

Новую эпоху? Осторожнее со своими желаниями, сынок. Мои волосы начали алеть.

Сколько ещё боли я выдержу? Я выпустила когти, и это было мучительно. Но я стерплю всё, я доберусь до лже-Иерофанта и прошепчу ему на ухо: «Подойди, прикоснись...»

Ти сказал:

— Присоединяйся к нам, мам.

— Нет. — Я встала без его помощи. — Ты останешься здесь и присмотришь за Хейвеном. Я сама.

Пока он с братьями и сёстрами защищает дом, я отправлюсь в путь. Но я не просто уничтожу этого нового Иерофанта. Я раскрошу Зубов в их же логове.

Хоть это и не вписывается в мою обычную стратегию, но я могу охотиться. Возьму пример с Кентарха и не остановлюсь, пока не выполню свою миссию.

Красная ведьма не умерла. Она просто пребывала в спячке, ждала весны, чтобы расцвести вновь...

Глава 56

Императрица

46-й год Н.Р.

Сегодня мне исполняется шестьдесят четыре, а Ти — сорок шесть. Он уже сам воспитывает двух внуков.

Наша с Ариком и Джеком семья разрослась, ветви её простирались, как у мощного дуба, а корни уходили всё глубже и укреплялись.

В отличие от меня. Я стала тенью себя прежней. Красная ведьма замолчала навсегда.

Моя многолетняя борьба с Иерофантом-самозванцем и его приспешниками успешно завершилась, но все эти сражения истощили меня. Я прихромала обратно в Хейвен, неестественно постарев и мучаясь от боли. Я выглядела и чувствовала себя древней развалиной.

Годы, прежде летевшие, теперь бесконечно тянулись, а моё здоровье продолжало ухудшаться. В глубине души я надеялась, что со временем моя скорбь от потери Арика и Джека притупится, но нет. Люди думали, что я обрела покой, но на самом деле у меня просто больше не было сил проявлять эмоции.

Несколько недель назад моя правнучка спросила, как вырастить цветок. Я не смогла ей отказать и впервые после шахт использовала свои силы. Такая малость имела тяжёлые последствия: по словам врача, у меня случился инсульт, который, скорее всего, повторится.

Я прикована к постели, и так будет до конца жизни. Вечной жизни?

Не знаю. Судя по тому, что мне удалось выяснить, Мэтью тоже постарел и плохо себя чувствует, но он сейчас совсем один. Несколько путников рассказывали, что он покинул Мудрых Матерей со словами: «Я уже рассказал вам всё, что вам нужно знать». Его слова напомнили мне те, что когда-то сказала мне бабушка, перед тем как её арестовали за моё похищение.

Мэтью мог распрощаться с жизнью в любой момент. Планирует ли он пережить меня? Неужели он позабыл про все тяготы бессмертия?

Мне больно думать о том, как он будет веками бродить по земле в одиночестве, будучи одной ногой в могиле. Как я могу обречь его на такую судьбу? У него нет семьи, которая о нём позаботится. А у меня есть.

С каждым проходящим годом я всё больше убеждалась в том, что он вёл не только одну эту игру. Лже-Иерофант — свидетельство тому, что мир ещё не стал таким, каким должен быть. Порядок восстановился далеко не везде.

Я отыграю свою роль. Мэтью, очевидно, я нужна живой. Поэтому я буду жить. Если он хочет, чтобы я победила, я это сделаю.

Всё же в упрямстве мне нет равных.

Пускай нам с Ариком не суждено прожить вместе следующую реинкарнацию, как мы мечтали, мы можем воссоединиться через игру. Мне больно оттого, что мы потеряем наш шанс в следующей жизни, но он поймёт, почему я доверилась Мэтью... и почему я решила ему помочь.

Из любви.

С трудом, но я продолжала вести хроники. Если всё же случится так, что я скончаюсь прежде Мэтью — вопреки всем моим усилиям, — я хочу помнить всё на случай, если заклинание Цирцеи не сработает.