Нехотя подошёл поближе и начал слегка шлёпать девушку по щекам, пытаясь привести в сознание. Раньше сделаю дело – раньше отмучаюсь. Нулевой эффект от шлепков. Ущипнуть? Ага, а потом та распсихуется и припомнит, ибо сейчас щипать лишь за ляжки либо за сиськи. Поцеловать? Не, нафиг! Если проснётся и не увидит перед собой милого трапа-инкуба, Кейто язык мне откусит… или губы – а я ещё жить хочу!

Водой облить тогда? Шансы есть, но где я потом сухую форму подходящего размера достану?

О, эврика!

Достаю из сумки флакончик с нашатырным спиртом, задерживаю дыхание, снимаю крышечку, возвращаю голову Кейто в исходное положение, подношу средство к носу. Первые пару секунд паучиха никак не реагирует. Вскоре раздражитель проникает в дыхательные пути, возбуждая мозг и дыхание. Дзёрогумо сначала поморщилась, затем задёргала головой, стараясь отдалиться от источника специфического запаха, вскоре открывая глаза, пытаясь понять, что происходит.

Взгляд медленно начал прояснять и зацепился за меня.

– Ну что, красавица, добро пожаловать в наш дерьмовый мир! – обратился к ней, закрывая нашатырь и убирая в сумку. – С возвращением, так сказать. Как спалось?

– Что… случилось? – неуверенно произнесла она, продолжая приходить в себя. – Где… Гриша?

– А-а-а, мелкий… – улыбнулся ей во все зубы. – Убежал и не знаю надолго ли.

– Что случилось?! – взволнованно спросила дзёрогумо, моментально заставив разум проясниться. Даже взгляд сразу сфокусировался.

– Да ты буквально чуть не сломала пацана, – и небрежно пожал плечами. – Теперь существо передвигается на четырёх лапках и оскотинилось, превратившись в зверя. Хорошая работа!

– … – Кейто налилась краской и опустила голову, пока на её глазках начали собираться слёзки. – Я… я случайно!

– Случайно можно разлить пиво или уронить обед, а ты намеренно полезла лобызаться с мальчишкой. После такого у него может развиться моральная травма – ему всего двенадцать лет! В таком случае уже принято присылать хотя бы открытку с извинениями! Что ты мне на это скажешь?

– Я не хотела! – отчаянно взвыла Кейто. – Оно само так получилось!

– Ага… – ехидно протянул я. – И кончила от стула ты тоже как-то случайно – само так получилось! Трением интимного места о дерево, ага…

Головка паучихи поднялась и уставилась на меня широкими-широкими удивлёнными глазками.

– Как ты…

– Гриша, находясь под сильным впечатлением, поведал обо всём в подробностях, ну а я догадался, как кое-кто, видимо, окончательно слетела с нарезки…

Комитетчица было попыталась сверлить меня озлобленным взглядом, но быстро сдулась, понимая, что сейчас она никак не может обернуть всё в свою пользу. Кейто стыдливо опустила глаза.

– Никому не говори… п-п-пожалуйста.

– Ой, а куда это делась твоя хвалёная заносчивость и ненависть к нашему клубу?

– Я больше не хочу проблем! – с кислой миной проговорила паучиха. – Меня избили, я украла поцелуй у милого мальчика… – и тут же расплылась в довольной лыбе, но быстро помотала головой, прогоняя наваждение, пришла в себя и погрустнела. – Моя жизнь пойдёт под откос, если правда всплывёт наружу – нам с ним не дадут жить и любить друг друга. Позор мне…

Какая, на хер, любовь?! Ты всего лишь слегка протекла во всех смыслах, засосалась с мальчишкой, что знала меньше пяти минут и довела себя стулом до исступления… бляха-муха!

Кто-нибудь, принесите мне дверь, я выйду!

Сдерживая разрывающий на части ор, категории «Святогор», я ненадолго покинул девушку, пытаясь по дороге отдышаться. Приступ истерики отчаянно вырывался наружу, пока я старался дышать через нос и думать о дохлых крысах. Как раз в классе нашёлся более-менее целый стул, что я взял с собой, вернулся обратно, поставил напротив тихо помалкивающей комитетчицы и уселся, немного успокоившись.

– Как зовут?

– Кейто Адзума.

Адзума, значит? Хотя чему удивляться, если Кейто уделили всего лишь главу во всей истории? Кому она сдалась, чтобы называть свою фамилию, являясь персонажем чуть ли не третьего плана? И чего я вообще от неё ждал? Типа, паучиха возьмёт, внезапно разорвёт серую изоленту, встанет и гордо произнесёт: «Михаил Петрович Зубенко! Вор в законе. Мафиозник!». С такого бы я реально охуел, пока на ней материализуется малиновый костюм-тройка и широкополая шляпа.

– Кейто, давай на чистоту…

– Давай! – согласно кивнула она.

– Ты не вор в законе и даже не шестёрка… так что тебе же лучше говорить со мной прямо, вменяемо и без всякого гонора. Понятно? – кивок. – Окей… считаешь ли ты себя виновной в совершённом преступлении.

– Каком именно? – она озадаченно взглянула на меня, попытавшись дёрнуться, но недаром же я обмотал Адзуму серой изолентой – ничего не вышло.

– Нагло засосала Гришку! Маленького, беззащитного, не познавшего всей грязи этого дерьмового мира мальчика.