Конечно, сверхмощная взрывчатка могла понадобиться и мне. Но откручивать радиодетонатор самостоятельно я опасался, а взрывчатка, которая взрывается по чужой команде – совсем не то, что нужно любому нормальному человеку.

Через пятьсот метров за первой димлетидовой шашкой последовала вторая. Еще через два километра под воду ушел мобильный телефон, предоставленный мне соратниками. Я не стал его выключать из режима приема. Пусть собирает информацию. И рассказывает тем, кто меня контролирует, что я поселился на самой середине Печоры. Или на плоту, или в глубоком омуте. А может быть, меня проглотил сом. Если кому-то будет легче в это поверить.

Возможно, в снаряжении меня ожидали и другие сюрпризы. Хотя вряд ли. Ведь задача террористов заключалась не в том, чтобы погубить меня, а в том, чтобы я выполнил определенную миссию. Совсем не обязательно ту, о которой они мне заявили. Но для этого я должен был протянуть как можно дольше. Иначе зачем вообще была вся эта возня, грандиозные расходы?

Плот вошел в зону слежения, и я отсоединил купленный в Усть-Щугоре телефон от компьютера и спрятал его в непромокаемый чехол на дне сумки. Зато инерционно-магнитный компас положил в самый верхний нагрудный карман. Он подскажет мне, где я нахожусь, с точностью до пяти метров. И выдаст на миниатюрный дисплей карту местности, загруженную в него со спутника еще до того, как я очутился в этих краях.

По левому борту плота проплывал небольшой поселок. Обращаться к карте, чтобы выяснить его название, мне было лень. Кажется, это была Березовка. Когда я подплыву к ГигаТЭЦ на расстояние пятнадцать – двадцать километров, я оставлю плот и пойду пешком. Хорошо, что у меня есть отличная карта местности со всеми ловушками и сигнализаторами, установленными охраной в период до первого июля. Обойти их не составит труда.

Мимоходом я взглянул на часы – время приближалось к десяти вечера. Темнота еще не наступила, солнце не село, а я совсем забыл, что на севере темнеет очень поздно.

Несколько гребков – и разогнавшийся плот вылетел на пологий глинистый берег. Я оттащил его подальше от реки, включил систему оповещения своего бронированного костюма – незаметно ко мне не подойдет ни зверь, ни человек – и прилег на редкую траву. Сделано было мною, предстояло еще больше.

Ночь прошла спокойно. Только утром сработала охранная сигнализация, но я так и не понял, почему. Может быть, поблизости пробежал крупный хищник. Или колышущиеся деревья создали иллюзию движения.

Сверившись с картой, я выяснил, что вчера проплыл мимо селения Усть-Воя, а не мимо Березовки. В том месте, где я остановился, река делала крутой поворот. На протяжении нескольких километров Печора текла на восток и даже на юго-восток, потом опять поворачивала к северу. И только после поворота по левому берегу лежала Березовка.

Мимо Березовки я проплыл утром. Люди могли меня видеть, но, по-моему, им было не до того. Плывет плот, на нем сидит человек под плащ-палаткой… Бронированный костюм с арсеналом я прикрыл и надеялся, что, даже если меня заметят, примут за обычного охотника или туриста.

После Березовки, километров через десять, по левому же берегу лежало село Даниловка. До него я добрался, когда все обитатели его, даже самые ленивые, проснулись. На берегу стояли дети и махали мне рукой. Даже что-то кричали. Не иначе, хотели вступить в торгово-денежные отношения. Жить хочется везде. А туристы, наверное, покупали у местных рыбу и овощи. Не каждый ведь может эту рыбу поймать, хоть и путешествует с удочкой!

Миновав Даниловку, я замедлил движение. Впереди осталось два поселка: Конецбор и Кедровый Шор. Их нужно будет пройти ближе к вечеру. Чтобы высадиться у ГигаТЭЦ ночью и выйти к станции к утру. Но, разумеется, я не собирался совершать все свои подвиги в один день.

Выбрав живописное и укромное местечко, я остановился с намерением провести здесь целые сутки.

В лощинке неподалеку от Даниловки я провел не сутки, а двое. Решившись включить купленный в Усть-Щугоре телефон в режим приема, получил со своего почтового ящика несколько важных писем.

Буравчик сообщал, что ему удалось выйти на моего двойника, но толку от него, похоже, в ближайшее время будет мало. Лежит в больнице, хотя скоро должен выздороветь. Распространяться подробнее хакер не стал.

Короткую, но самую дорогую мне записку прислала Лиза.

«Не волнуйся, у меня все будет в порядке. Сделай то, что должен, и возвращайся. Если увидишь зеленую ракету, имей в виду – ее пустил твой двойник. Но ракета может быть и ловушкой».

Нет, после того, что я сделаю, мне возврата нет… Однако же она что, успела выйти на загадочный «номер три» из нашей компании? Маловероятно. У нее просто не было времени для этого…

И, наконец, по собственной инициативе Буравчик заново взломал сеть ГигаТЭЦ, а точнее, сервер директората компании в Североамериканском Альянсе. В письме он цитировал самые важные документы и меморандумы, касавшиеся строительства ТераТЭЦ на орбите – его планировал все тот же Совет директоров корпорации «Sun Ladder».

Теперь было понятно, почему так суетились наши энергетические магнаты. Зачем они нанимали террористов и какой хотели получить результат. Если бы меморандум директората стал известен многим, к станции, пожалуй, устремились бы вооруженные отряды, преследуя самыми разные интересы.