— Свадебное.

— Ну конечно. Из салона Алкедо. На лыжной базе все же не продают платья. А тут такая заваруха, тебе же нужно быть самой красивой.

— Оно не белое, а голубое.

— Все верно. Твой любимый цвет.

— Оно не пышное и без цветов и прочей пакости.

— Анна, черт возьми, я знаю тебя сорок лет! Неужели ты считаешь, что я не в состоянии запомнить твои вкусы?

— Ты самая лучшая сестра в мире!

И Анна, рыдая, повисла на шее у Марго. Она вдруг ощутила, что вся та забота, которую сама Анна вкладывала в родню, вдруг вернулась к ней сторицей. Она ощутила себя частью стаи, и это было настолько приятно, что словами не выразить.

Платье было совершенно такое, как она сама бы выбрала. Нежно-голубое, с узким рукавом, круглым вырезом, простой юбкой и кружевным корсажем на шнуровке. Анна его надела, Марго затянула шнуровку на спине, а волшебные иглы быстро подогнули подол под рост Анны.

— Ладно. Если они так хотят эту свадьбу, пусть будет свадьба, — сказала Анна, с удовольствием глядя на свое отражение. Выглядела она прекрасно. — Но только в присутствии моей семьи. Может, это и к лучшему. Мы быстренько поженимся, и нас оставят в покое. Главное, чтобы будущие родственники побыстрее улетели, а с остальным я справлюсь.

О покое теперь можно было только мечтать. Судьба оказалась к Анне милостива хотя бы в том, что будущие свекры пока не спешили с ней познакомиться поближе, да и взрослого пасынка ей до сих пор не представили, зато Анхорма от нее оторвали. Он изо всех сил занимался организационными вопросами.

Но одной Анне все-таки побыть не удалось. Едва она распрощалась с Маргаритой, как к ней прицепился Алкедо — хорошо, хоть одеял и подушек больше не требовал.

— Тааннет Анна, я должен перед вами извиниться, — серьезно начал он.

Анна удивилась.

— Это я рассказал тааннет Жаклин о ваших отношениях с Югором. Вероятно, я был чересчур эмоционален и слишком громко выражал восторг вашими талантами. А потом сболтнул, что намерен жениться на девушке из вашей стаи. Ну и вот…

— Тетка решила, что вы собираетесь отбить невесту у ее сына? — широко раскрыла глаза Анна. — И притащила тяжелую артиллерию — только чтобы я никуда не делась от Югора?

— По-видимому, так.

— Вот это размах! — не могла не восхититься Анна. — А она умеет добиваться своего!

— Да. Тааннет Жаклин примерно так же масштабна, как и Мэррилы. Особенно, если дело касается ее единственного сына.

Анне было лестно. Ее завоевывали, ее оценили в высшей степени высоко. Разве она этого не достойна? Что ж, возможно, они с будущей свекровью даже подружатся, особенно если последняя не будет приезжать в гости слишком часто.

Распрощавшись с Алкедо и убедив его в том, что она, конечно же, простила… особенно, если его семья подарит на свадьбу что-нибудь вроде алазонского шелка… ну как зачем: Анна сошьет из него платье. Или блузку. Или даже плащ… Мэррил забежала в свою спальню и захлопнула дверь, подумав, что ей нужен засов. Можно было бы попросить Сычей приспособить. Вот только Сычи в погребе под замком.

Ну и вообще уже поздно, потому что в спальне она была не одна.

— Тааннет Анна, вы умеете исчезать без следа.

— Эрик… а не могли бы вы пойти ну хотя бы в свою спальню? — простонала Анна. — Я больше не могу ни с кем разговаривать! Мне нужно побыть одной!

— Не мог бы. Я пытался поговорить с Югором, но к нему не пробиться.

— И поэтому вы прячетесь в моей комнате? Не находите ли вы, что это крайне неприлично?

— Да плевать. Где мои Сычи, Анна?

Вот это был крайне неожиданный поворот. Анна давно убедила себя, что Сычи — диверсанты и преступники. У нее так хорошо все сложилось! А тут Высочайший с громкими заявлениями.

— Ваши Сычи? — глупо спросила она, без сил опускаясь в кресло.

— Мои, мои. После катастрофы на канатной дороге прошлой зимой я оставил их тут — приглядывать за Анхормом и общей обстановкой. Эксперты твердо уверены, что все произошедшее стало трагической случайностью. Я, в общем-то, им верю. Но лишний раз подстраховаться не помешает. Поэтому я, мягко говоря, был удивлен вашими обвинениями.

— И решили прояснить этот вопрос под прикрытием Югоровой мамочки? — вздохнула Анна, массируя виски. У нее ужасно разболелась голова.

— Именно так.

— Я вас ненавижу, Эрик. Вы интриган и подлец.

— А я вас обожаю, Анна. И очень рад, что Мэррилы вернулись. Я давно так не веселился.

— Признаетесь в любви моей невесте, Белокрылый? Это весьма некрасиво, — сообщил устало Югор, закрывая за собой дверь спальни. — Что вы тут потеряли?

— Своих Сычей, конечно. Где они? Надеюсь, вы не причинили им вреда?

— Сычей в спальне Анны нет и никогда не было. Они внизу, в казематах. Спят уже. Чего и вам рекомендую. Утром разберемся.