— Раззарт, — позвал я. — Ты что-нибудь ощущаешь?

— Нет, абсолютный штиль, — отозвался наставник.

— Но ты же говорил, что что-то не то чувствуешь! — вспылил, почти требуя от древнего духа чудесного объяснения происходящего.

— А, по-твоему, стоять рядом с первостихиями и не ощущать ни одну из них — это прямо «то»?! — огрызнулся наставник.

— Они словно… пустые, — попытался я подобрать правильные слова, остывая.

— Именно, ученичок, именно, — протянул Раззарт. — Это стоит обдумать… Пока я не могу понять, что здесь случилось, но тут… Всё будто замерло, застыло или…

— Умерло, — подсказал я наиболее подходящее, но при этом пугающее определение.

— Господин, не стоит так долго стоять здесь, вы простудитесь, — раздался позади меня голос Асил.

Обернувшись, я увидел обеспокоенные взгляды. Никс шагнул ко мне, протягивая руку, словно прося отойти подальше от края. Я кивнул, но помощью пользоваться не стал, сам приблизился к ним, позволяя увести меня обратно в деревню.

Идя по пустынным улицам, я старался не смотреть в глаза редким прохожим, потому что их обречённые лица были для меня словно ударами. Будто они ещё жили, но мысленно уже лежали в холодных могилах.

Тут моё внимание привлёк один из домов, а, точнее, забор рядом с ним. Около него, на лавочке сидела сухонькая старушка, замотанная в различные цветастые одеяла. Она что-то безумно бормотала, перебирая верхнее одеяло скрюченными пальцами, и раскачивалась из стороны в сторону всё сильнее и особенно сильно завалилась набок, когда я проходил мимо. Рефлекторно среагировав, я подскочил, придерживая старую женщину от падения.

— Осторожно, — пробормотал, невольно смотря в её водянистые светло-серые глаза в красных прожилках.

Она словно глядела сквозь меня, но вдруг взгляд старухи в одно мгновение стал вполне осознанным, женщина вцепилась узловатыми пальцами в мои плечи.

— Ты наконец-то пришёл! — захрипела она, её руки задрожали.

— Вы знаете меня? — я вскинулся, почему-то не в силах отвести взгляда от её изрезанного глубокими морщинами лица.

— Я никогда тебя не видела, — старуха моргнула, и взгляд вдруг снова заметался, теряя всякий признак разума. — Я никогда тебя не видела, — она уже прошипела-пропела, меняя высоту голоса.

И вдруг с нехарактерной силой встряхнула меня за плечи, почти рыча мне в лицо:

— Я знаю ответы на все твои вопросы!

— Расскажите! — вырвалось у меня, я не обращал внимания на то, что её хватка уже начинает причинять мне боль, сейчас даже слова какой-то сумасшедшей казались мне важным источником информации в условиях полной безнадёжности после провала нашего с Раззартом исследования.

Старуха отцепила от меня правую руку и взмахнула ею в сторону моря.

— Отец ветров отвернулся от нас, оставил! Запретил своим детям приходить к нам, оседлал шторм, приютил бури, посадил их на привязи, запирая нас здесь, и смотрит на нас издалека! Они все там, где небо сходится с морем!

Я непонимающе заметался взглядом: вот же только смотрел на горизонт, там всё было спокойно! Никаких штормов и бурь, да и волны до берега доходили довольно спокойные.

Тут крепкие руки дёрнули меня назад, отрывая от старухи и ставя на ноги.

— Что тут происходит? — грозно выговорил Никс, сурово смотря на сумасшедшую, которая вновь стала раскачиваться и бормотать какую-то нелепицу.

— Ничего, — отмахнулся я, понимая, что прямо сейчас мне объяснить командиру было нечего, но всё равно невольно посмотрел на горизонт, где плескалось скрытое за домами море.

Я был готов схватиться даже за эти странные туманные слова сумасшедшей, потому что вся эта ситуация отдавала безумием.

— Никс, а разузнай, у кого тут можно взять лодку покрепче, — попросил, задумчиво щуря глаза.

Глава 21

Северное сияние

Но до дома вдовы мы не дошли, встретившись по дороге с Астрит, удручёно гуляющей по деревне в сопровождении хмурого Бернта.

— Ты куда? — я подошёл, заглянул принцессе в глаза.

— Надо зайти к старосте, поговорить о доступе к полям, — как-то безжизненно проговорила она.

— Эй, Аст, ты уже сдался что ли, даже не попробовав поработать? — я засунул поглубже своё собственное чувство безысходности происходящего и легонько встряхнул Астрит за плечи, поймав краем глаза хмурый взгляд Бернта.

— Ты думаешь, будто мы сможем здесь что-то сделать? — принцесса посмотрела мне в глаза, и я с удивлением заметил горящую в них отчаянную надежду, которая буквально требовала её подкормить, не дать этому огоньку потухнуть.