Я забралась Блейку на спину, и он грациозно взмыл в небо. Мое сердце дрогнуло от волнения. Полеты никогда мне не наскучат.

Всадники играли со старым мячом из овчины верхом на драконе. Для удара по мячу использовалась огромная ракетка, затем игроки гонялись за ним и снова били. Команды были три против трех. Дракон занимал позицию вратаря и стоял на страже перед сеткой, расположенной близко к земле или высоко в небе.

Нашей целью было небо, так как Блейк любил летать, а команда соперника была на земле. Нам предстояло много летать и много защищаться, следя за тем, чтобы мяч оставался близко к воротам наших соперников.

В промежутках между всем этим надо изворачиваться и уклоняться от чужих способностей. Блейк жульничал поначалу, меняя способности, которые использовал на других, но из-за этого нас отстраняли на десять минут, что приводило нашу команду к поражению.

«Любимая, хватит витать в облаках и держись крепче», — голос Блейка возник в моей голове и вернул меня на землю… или, точнее, обратно в реальность, где я сидела у него на спине.

Я слегка намотала несколько его усиков, похожих на усы сома, на свою руку и мысленно послала сообщение: «Я готова».

Моему отцу не нравилось, что мы не говорим друг другу ни единого слова, но когда мы объяснили ему, что на самом деле общаемся, просто молча, он расслабился. Он был весьма впечатлен тем, что нам это удалось. Восхищение часто светилось в его глазах, когда он понимал, что мы разговариваем друг с другом по-своему. Он был в искреннем восторге от нас.

— Вперед! — закричала Бекки. Они с Джорджем всегда были на нашей стороне.

С тех пор, как Джордж впервые увидел Блейка, застрявшего в том месте, которое мы теперь зовем Преисподней, у него было много видений про нас… И хороших, и плохих, но рассказывать он не хотел. Это пугало меня. Он даже Бекки не говорил.

Я вскрикнула от волнения, когда ударила ракеткой по мячу.

Сэр Роберт промчался мимо нас. Мой отец ударил по мячу первым, и тот полетел вниз.

Блейк хмыкнул и развернулся, а мой отец радостно рассмеялся. Мы погнались за мячом.

Бекки точным пасом вернула его мне. Я ударила по мячу прежде, чем отец успел до меня добраться.

— Притормози, Елена, пока ты не поранилась! — закричал отец.

— Я могу позаботиться о себе, дедуль, — пошутила я. В конце концов, сейчас ему было около двухсот семидесяти, плюс-минус пара лет. Но он все еще напоминал мужчину лет сорока с небольшим. Его дракон, сэр Роберт — мой тесть — давным-давно поделился с ним своей сущностью.

Игра была веселой. Вокруг нас раздавался смех. Пара случайных прохожих наблюдали снизу, эмоционально реагируя на наши маневры.

Сэр Роберт и Блейк погнались за мячом. Роберт стал быстрее с тех пор, как вернулся мой отец. Блейк ускорился, поскольку его отец был у него на хвосте. Ветер трепал мои светлые волосы, украшая их микроскопическими жемчужинами влаги.

Мы устремились к нашим воротам. Еще чуть-чуть.

— Оставь их! — наконец крикнул мой отец. Сэр Роберт мог бы убиться, если бы попытался угнаться за Блейком на такой скорости.

Я чувствовала себя так, словно каталась на безумных американских горках без тормозов.

Мой энтузиазм вылился в громкий крик во все горло, эхом разнесшимся по ночному небу. Мы поднимались все выше и выше, ударяя по мячу каждый раз, когда я передавала его.

Эмануэль был вратарем моего отца. Он прятался высоко в темноте. Насколько высоко, мы не знали. Одно дело захватить мяч, но совсем другое — попасть мимо Эмануэля.

Прямо перед нами из ниоткуда возникла яркая вспышка. У Блейка не было времени остановиться.

Мы летели сквозь ослепительный свет. Блейк сбавил скорость.

— Что, черт возьми, это было? — впервые заговорила я вслух. Я вытянула шею, чтобы оглянуться. Свет исчез. Когда Блейк обернулся, он появился снова. Но потом я поняла, что свет не появилось снова. Я просто видела его через разум Блейка.

«Не знаю. Он возник из ниоткуда».

Небо было кристально чистым, без единой тучки. Миллионы звезд были разбросаны по черному бархатному покрывалу ночи.

Не осталось и следа от игры. Вокруг воцарилась мертвая тишина, все звуки наших зрителей и других игроков просто исчезли. Мне это не нравилось. Ни капельки.

Вереница мыслей зигзагами пронеслась в голове Блейка. Звезды на этом небе не были частью нашей галактики. В сознании Блейка я могла видеть, что некоторые из этих созвездий не существовали.

Это какой-то бред.

Нити беспокойства обвились вокруг разума Блейка, как цепкий плющ. Его страх стал моим собственным. Мое сердце тревожно затрепетало. Я не знала, что все это значит.

«Блейк, где мы? Что это был за яркий свет? И что ты имеешь в виду, говоря, что это не наши созвездия?»