— Так это еще в школе было, — невозмутимо заявил Нэйбо. — Я в юности много кому отметин наставил на разных местах.

— Но зачем ты это сделал?

— Они напрашивались.

Кэн на мгновение даже дар речи потерял. Вот так просто у них тут? На улице обычно требовалась более веская причина для драки.

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Нэйбо.

— Просто его сын тут тоже того... напрашивается.

— Скверно. — Слышно было, что Нэйбо хмурится. — Тебе нельзя с ним связываться.

— А что мне делать? — в отчаянии воскликнул Кэн. — Он просто лезет и все.

— Постарайся его избегать.

— Да как я его избегу? В одной группе учимся.

— Он сейчас сильнее тебя. Ты в любой драке ему проиграешь.

— Но он заедается!

— Игнорируй.

— А если он меня на дуэль вызовет?

— Пошли его к Раху.

Кэн поперхнулся от изумления.

— А я и послал, — сказал он недоверчиво. — А Ройбэ сказал, что так нельзя. Что я должен был принять вызов.

— Не слушай Ройбэ, — настойчиво проговорил Нэйбо. — Меня слушай. Твоя задача сейчас — выжить. Не принимай никаких вызовов. Плевать на репутацию. Тебя еще будут бояться, просто не сейчас, позже. Сейчас не время. Просто игнорируй все нападки. Если почуешь неладное, обращайся к Гайто. Он наведет порядок. И вообще, ты давно должен был сказать Кахате, что не можешь драться из-за руки.

— Да говорил я! А он не верит.

— Что значит — не верит?

— Говорит, я притворяюсь, — обиженно пробурчал Кэн.

— Значит, тебе придется быть еще убедительнее, — заявил Нэйбо.

Кэн не вполне понял, что он должен делать убедительнее: говорить или притворяться, но в целом это было примерно одно и то же. Он был недоволен разговором. Хэно не дал ему ни одного довода для примирения с Ристэ. Больше с Кахатой разговаривать не о чем, и его замысел, такой остроумный, срывался напрочь. Оно, конечно, и ладно. Не так уж и надо было. Просто было бы забавно примириться двум врагам, назло воспитателям. Но ведь Ристэ продолжит нарываться, и нужно будет как-то реагировать. Снова отказываться от дуэли, становиться посмешищем всей школы? Да даже и это ладно. Вон, Нэйбо сам сказал наплевать на репутацию. Это их, аристократов, игры, Кэну необязательно в них участвовать. Вот только Ройбэ. Перед Ройбэ уже нечем будет оправдываться. Сначала друг будет просто удивляться, потом встревожится, потом... отвернется? Размолвка с этим парнем стала бы серьезной потерей. Кэн чувствовал, что уже слишком привязался к Ройбэ Сато.

Задумавшись о друге, Кэн вспомнил и еще об одном обстоятельстве, о котором собирался поговорить с Нэйбо. Он спохватился:

— Слушай... тут еще одно дело.

Он вдруг сообразил, что довольно долго молчал в трубку. А Нэйбо тоже молчал, ничего не спрашивал, просто ждал. А теперь сразу откликнулся:

— Рассказывай.

— В общем, Ройбэ... Он звал меня в гости... Или сам хотел зайти и... в общем, хотел кататься на каких-то мотоциклетках. А я... Нет, он. Он говорит, что не поверит, что я забыл.

Кэну очень хотелось заорать: что за дичь такая эти ваши мотоциклетки, что мне делать со всем этим, что отвечать, — но приходилось помнить о возможном подслушивании. Даже если не на линии, то здесь тоже мог кто-нибудь притаиться в темном коридоре. Но как, какими словами объяснить, что он ничего не понимает?!

— Что ж, он прав, пожалуй, — невозмутимо отозвался Нэйбо. — Такие вещи не должны забываться.

— Так что же мне делать? — не удержавшись, заорал Кэн.

— Хм... — Нэйбо надолго задумался. Потом проговорил неторопливо: — Сегодня поздно. Завтра. Да, завтра вечером. После ужина выходи за ворота. Машина будет тебя ждать.

— А что — завтра вечером? — оторопел Кэн.

— Приедешь домой, поговорим, — с нажимом сказал Хэно.

Кэн понял, что на этом лучше закончить.

***

Следующим вечером, после ужина, Кэн, немного смущаясь, сказал Ройбэ, что в дискуссионном клубе участвовать не будет.

— Домой поеду. Отцу что-то от меня понадобилось.

— Ладно, — нисколько не удивился Ройбэ. — Тогда до завтра.

Распрощавшись с другом, Кэн отправился за ворота школы. Напротив уже стоял автомобиль Нэйбо. Шофер тут же выскочил и открыл заднюю дверь. Непривычный к подобному обращению, Кэн недоверчиво на него покосился и полез внутрь. В салоне больше никого не было. Шофер заскочил на переднее сиденье и тут же тронулся с места.

Кэн всю дорогу таращился в окно. Мимо проносились на страшной скорости богатые дома, нарядные, кирпичные, с пушистой зимней зеленью в палисадниках, освещенные газовыми и электрическими фонарями. Вечер стоял морозный, и в воздухе проносились даже отдельные снежинки, но в машине было тепло и уютно. Приятно было смотреть отсюда, изнутри, а не торчать там, снаружи, под ледяным ветром, пытаясь забиться в какую-нибудь щель и дожить до утра. Определенно, жизнь изменилась к лучшему. За эту новую жизнь стоило побороться. Разобраться, найти свое место, понять, кто враг, а кто друг, научиться быть здесь. Интересно, а что будет, когда он выполнит свою часть договора? Ведь не выгонит же его Хэно обратно на улицу? Ведь нет?