– Товарищи курсанты, – тихий голос накрыл весь плац, – по каким-то соображениям, мне непонятным, командование решило, что раз вы проявляете способность к пользованию Арканой, то будет целесообразно направить вас на курсы углублённой практики. Я переговорил с другими инструкторами по поводу каждого, и вырисовывается довольно банальная картина. Кому-то из вас легче даётся метод ускорения трения между молекулами для усиления теплоотдачи, – пирокинез, иначе говоря. – Глаза Кугова, практически бесцветные, побелели, он потёр пальцы правой ладони и на них появилось пламя. – Другие предпочитают перемещать материю в пространстве, включая собственные тела, – его ботинки оторвались от плаца, – кто-то взаимодействует с атмосферным электричеством, другие тренируются воздействовать на разум.

Все почувствовали, как их волосы становятся дыбом, а затем пять десятков мозгов сдавило резкой болью, но ни один курсант не поддался этой слабой ментальной атаке. Кугов опустился на землю, потушил огонь и разрядил атмосферу.

– Всё это очень полезно, если требуется подогреть сухпаёк в походе, зарядить рацию, отогнать комаров, и всё в таком роде. Но меня направили на этот объект чтобы отобрать наиболее способных из вас, кто сможет войти во взаимодействие с наиболее сложной, необъяснимой силой природы, и по ходу дела не убьётся об неё. Речь, конечно же, идёт о гравитации как таковой. Например, этот приём внесён в реестр как «ГТ-003», но в обиходе он зовётся просто Крушащим давлением. Следите за рукой.

Кугов поднял правую руку тыльной стороной ладони вперёд и медленно стал опускать её, сгибая в локте, сжимая пальцы в кулак. Незабываемое чувство боли пронзило все кости и суставы курсантов, сдавило внутренности, заставив сердца пропустить удар, а лёгкие сжаться; невидимая гора обрушилась на их плечи и трещащие позвоночники, приказывая упасть и вжаться в землю. Инструктор, продолжал удерживать поле повышенной гравитации, следя за тем, как курсанты один за другим падают, пока не стало ясно, что из пятидесяти противостоять может только один. Тогда он разжал пальцы и прекратил искажать законы природы.

– Всем встать! Смирно! Это лишь один пример из многих. Вам следует запомнить, что способы использования Арканы не поддаются точному исчислению, но самый действенный из них в военное время, – это взаимодействие с силой, которая пронизывает всю вселенную и до сих пор ставит учёных в тупик. Большинство из вас никогда не освоит Крушащее давление, – быстрый зрительный контакт с тем, кто так и не упал, – поэтому начнём постижение гравитации с чего попроще. Например, этот приём проходит в реестре как «ГТ-020», или просто Сверхмалая. Внимательно следите за моей энергетической сигнатурой.

На этот раз, Борис-или-умри начал с открытой ладони, его пальцы стали медленно сжиматься и на плацу поднялся ветер.

– Кто опишет мне термохимические реакции, характерные для большинства веществ при сверхмощном нагреве? Может ты, рядовой?

Стойкий курсант сделал шаг вперёд и отдал честь:

– Слушаюсь! При продолжительном нагреве вещества оно испаряется, но если продолжать нагрев, не позволяя пару рассеиваться вместе с накопленным теплом, то его молекулы распадаются на атомы, затем атомы разрушаются на ядра и электроны, после чего образуется плазма!

– Верно. Сейчас на ваших глазах я своей Арканой создаю и удерживаю точку гравитационного притяжения настолько плотную, что она засасывает в себя окружающую материю, прежде всего: газы, из которых состоит воздух. Процесс продолжается, газов становится больше, давление увеличивается, молекулы уплотняются, всё сильнее раскаляясь и разрушаясь. Я уже втянул, утрамбовал и продолжаю втягивать объём воздуха, слишком великий для такой маленькой точки пространства. Температура растёт, начинается выделение света. Я выбрал для примера воздух, чтобы вы могли наблюдать процесс без спешки, для более скорого результата следует использовать более плотное сырьё.

В его скрюченных пальцах теперь билось сердце ослепительно яркой и болезненной, как колющее в глаз шило, звезды.

– В нужный момент остаётся просто освободить этот сгусток давления.

Отведя руку в сторону, инструктор разжал пальцы и от взрыва немного заложило уши, а от вспышки на секунду стало ярко, словно мир озарила молния. На плацу появился новый оплавленный шрам, длинный и дымящийся.

– Это делается как-то так. Перейдём к практике. Первым опробует свою Аркану в новом виде воздействий, ну, скажем, курсант…

– --

Гай разомкнул второй круг медитации, чтобы не услышать имя. Он знает все имена всех людей из прошлого, тысячи имён, и только собственное прячется, как старый сом-людоед на дне, в гнилостном иле. Гай боится, что, вспомнив его, он разбудит Скрытого, ведь когда твоё имя называют, ты откликаешься.

Гай разомкнул первый круг медитации, и открыл глаза на тёмном чердаке. Сколько времени прошло? Неуклюже поднявшись на затёкшие ноги, побрёл вниз. Мысли о сытном ужине переплетаются с чужими воспоминаниями; почему вдруг именно этот эпизод… Несвоевременный вопрос! Воспоминания распространяются шире, прямо как болезнь, всплывают разные дни и разные занятия, тренировки, сложные практики… Борис-или-умри был хорошим арканистом и ещё лучшим инструктором… Нет, голова превращается в тонущий корабль, чужая память как вода, нашедшая пробоину в корпусе, заливается внутрь, ширя её. Сто шестьдесят лет прошлой жизни – это несоизмеримо больше девяти лет нынешней, если течь не заделать, память Гая затопит полностью. Медленно спускаясь по лестнице, он рассредоточил внимание и продолжил двигаться в режиме амёбы, пока не ощутил избавление. Всё, прекратилось, воспоминания поблёкли и стали сонным послевкусием по утру, чётким остался только плац и Кугов, демонстрирующий приёмы.