Драка вышла знатной, а потери огромные. Причём досталось не только нашим, но и противники отползли, не добившись успеха. Похоже они не ожидали того, что у русских окажется столько сильных одарённых, да ещё и при внушительных запасах Силы. Даже корпус генерала Бутурлина, находившийся в тот момент в крайне невыгодной позиции сумел не только устоять, но и опрокинуть польскую армию. Правда, на то, чтобы развить успех сил уже не осталось.

Сейчас войска спешно пополнялись, и был шанс, что матушку призовут в армию. Тот факт, что она только что родила, ничего не значит. Здоровье она уже восстановила, для остального есть кормилица и батюшка, у которого за плечами вообще нет военной службы.

— Не должны призвать, всё же уж пятьдесят четыре, хватает и помоложе офицеров. Но с другой стороны, рубакой она была знатной, не смотри, что бесталанная, а потому не исключено.

— Может в Азов переберётесь?

— Это из Москвы-то? — хмыкнул он.

— Ну, ты ведь хотел сахарный завод поставить.

— И сейчас хочу. Только вам там для начала нужно закрепиться, а уж потом мне туда перебираться. Я сейчас понемногу крестьян скупаю, да сироток собираю. Мужичков по большей части на отхожие промыслы отправляю, опыта в строительстве поднабраться. Чтобы как срок придёт, в первый год успеть и село поставить, и пашню поднять. А к весне следующего, построить завод.

— Батюшка, ты же помнишь, я говорил о том, что крепостных у нас в княжестве не будет.

— Помню, сын, не переживай. Да оно и верно. Не дело это людей в крепости держать. Но перевезу я всех и обустрою на месте за свой счёт. Спасибо, что вы с сестрой замкнули доходный дом и каретный двор на меня. Так что, денег мне хватит с лихвой. С одной стороны, подле себя народ пристрою, и не позволю людям разбрестись кто куда. С другой, уже на второй год обеспечу себя сырьём. Семена уже два года как готовлю, и в хранилище складываю, чтобы и на своих хватило и на окрестных, потому как завод сразу хочу с размахом строить. Назначу приличную закупочную стоимость, и они сами пожелают выращивать свёклу. Жалование хорошее положу, и не нужно будет зазывать работников на завод, свои под рукой будут. Так что, сразу вложиться конечно придётся изрядно, но в долгую, я останусь в значительном барыше.

— М-да. Извини. Забыл, кого собираюсь поучать, — слегка развёл я руками.

— Ты об Игоре и Вере, надеюсь не забываешь? А то всё Лизе, да Лизе.

— Как можно. Помню конечно. Просто они сейчас на Кавказе, а у нас в Азове, как ты верно заметил, дела пока только в самом начале. Я и вас не зазывал бы, если бы не новый рекрутский набор и призыв. А так-то, я на их имена деньги оставил у ростовщика, да подбрасываю туда, когда получается. На каждого уж тысяч по тридцать скопилось.

— Они-то о том знают?

— Ну конечно знают. Я, к слову, совсем недавно их навещал. О рождении Вани сообщил, но у них там с горцами очередное обострение, вырваться даже на денёк не могут…

Прошедший месяц я усилено занимался поиском мест Силы. Прогулялся и на Кавказ, в смысле, на контролируемые русскими войсками земли. Наметил множество точек для перехода, и обнаружил пять карманов. Так что, вызвать брата и сестру, для меня не составляло труда. Но не сложилось. Далее я стал бить тропу на восток, так же оставаясь в границах Российской империи, сумев найти ещё шесть карманов.

Итого, за месяц я увеличил число мест Силы находящихся конкретно в моём распоряжении до двадцати шести. Ну и перешагнуть-таки одиннадцатую ступень, хорошо продвинувшись к двенадцатой. Схожая картина и у моих товарищей, взявших десятиранговый рубеж, и уже на треть поднявшихся к одиннадцатому.

Остальные, в полку и окружении Долгоруковой пользуются только бустом от желчи. Хотя сама великая княгиня регулярно посещает один из ручьёв, в потоке которого и проводит медитацию по росту дара. Всё же прибавка к прокачке.

Не сказать, что она идёт в сравнение с получаемой в кармане. Однако мы решили, что лучше вкладываться не в рост ближнего круга Долгоруковой, а сделать ставку на четверых сильных одарённых. Уже к весне я планирую рост Волка, Лиса и Кремня до одиннадцатого ранга, а сам возьму двенадцатый. У меня и каналы побольше, и три часа медитации в изнанке, что-то да значат…

Вскоре мать и раскрасневшаяся от удовольствия сестра, с братиком на руках, вернулись в гостиную. А там и Авдотья позвала всех в столовую к чаю.

— Младенец тебе к лицу.

Заметил отец, наблюдая за тем, как Лиза управляется с чашкой и пирожком правой рукой, удерживая в левой задремавшего Ваню. Она тут же замерла, как нашкодивший котёнок, потупилась и медленно опустила взгляд.

— Антип, не стоит. Кто из нас не влюблялся в младые годы, — попыталась остановить его мать.

— Все влюблялись, — согласился он, — но после за ум брались, слушали родителей и строили семейное счастью с подобающей положению партией. Боярский род Рощиных никогда не примет тебя, дочка. Богатое приданое это хорошо, просто замечательно, но то, что твой потенциал выше потенциала Вадима Петровича, они никогда не примут. Но главное даже не это. Прежде практически недостижимое, ты сама сделала совершенно невозможным. С того момента как ты приняла узор «Верность»… Признаться, я не понимаю, отчего Рощин до сих пор не дал тебе полную отставку. Либо он самолюбивый мерзавец, не желающий бросать любимую игрушку. Либо полный глупец, не понимающий простых вещей.