— Вы уже вот так просто раздаёте чины и должности.

— Не верьте всему, что говорят, Эльвира Анатольевна. Мой голос не последний в Азовском княжестве благодаря моим заслугам, а не из-за особого ко мне отношения. К слову, не желаете чтобы я обновил вам узоры? Вы же слышали что они после моей руки получают серьёзную прибавку. И по времени это займёт всего лишь несколько минут.

— Хотите меня купить? — вздёрнула она бровь.

— Что вы. Хочу если не сжать ваше прекрасное тело в объятиях, то хотя бы ещё раз полюбоваться им.

— Уверены, что только полюбоваться? — хитро сощурилась она.

— Абсолютно.

— Ну что же, я подумаю над вашим предложением.

— Помнится вы выжидали полгода, чтобы получить от князя Долгорукова узоры десятого ранга. А тут я предлагаю прибавку, а вы говорите, что подумаете?

— Да, — пожав плечами, просто ответила она, откусила пирожное и сделала очередной глоток чаю.

— Мне никогда не понять женщин. Но в окрестности Константинополя-то вы меня забросите?

— Пётр Анисимович, вы для чего принесли эти великолепные порожные? Что, даже насладиться их вкусом не дадите?

— Кхм. Вообще-то я и не говорил, чтобы отправляться прямо сейчас. Чем позже, тем лучше, — беря свою чашку, произнёс я.

Закончив с чаепитием мы вышли на улицу, где нас ожидали Дымок и Хруст в наёмном возке. Пока я был в гостях, на улице окончательно стемнело, и начался снегопад с ветром. Пока ещё не метель, но приятного всё равно мало. Мы запахнули меховые воротники и устроились внутри.

Хруст тут же тронулся с места, и экипаж потянул в сторону городской заставы, которую миновали без проблем. Воронеж ведь не в осаде, чтобы нам преграждали путь. Хотя кем именно являются пассажиры, всё же проверили. А то ещё окажется, что кого-то вот так в наглую похитили, иди потом оправдывайся перед начальством. А то ведь и под судом оказаться можно.

Как ни странно, но за городом было не так ветрено, как на улицах. Возможно оттого, что на вольном просторе ветер уже не завывал как на узких улицах. Где-то даже стало и теплее, хотя снегопад и не прекратился. Едва застава скрылась за поворотом, как Хруст свернул с тракта, в какую-то боковую стёжку и вскоре остановился в небольшом леске.

Проявляя галантность я помог Эльвире Анатольевне выйти из возка, и передал ей амулет с десятикаратным алмазом со стандартным плетением. В мои планы не входило информировать посторонних о том, что мне доступно вдвое экономичное плетение. Так что, ей предстояло открыть малый портал, на одного человека. Больше её с её седьмым рангом просто не потянуть.

Едва появилось завывающе кольцо в всполохах зеленоватых молний, как я тут же ступил в зев портала, вывалившись в тёплую южную ночь. Активировав «Кошачье зрение» осмотрелся по сторонам, в готовности вступить в драку. Задействовал и «Поисковик», на случай если рядом окажется кто из одарённых. Но всё было чисто.

Рябова отправила меня на какой-то голый холм, где подобраться ко мне незамеченным было достаточно проблематично. Зато у меня появилась возможность осмотреться. Что я и поспешил сделать, задействовав «Дальнозоркость». Моего ночника хватало на три с половиной версты, а это большая площадь.

Зато магический бинокль мог заглянуть куда как дальше, а потому я сумел рассмотреть в темноте смутные очертания строений, а так же горящие то там, то тут факелы. Хм, а ведь это городская стена Константинополя, за которой начинается сам город. Обзор с этой точки так себе, зато отлично видны одни из ворот. Возможно у Рябовой тут когда-то был наблюдательный пункт.

Наметив несколько точек перехода, я скользнул к одной из них, теперь уже используя бесшумный портал. Даже если кто-то и заметил моё появление, пусть поломает голову куда я запропастился. И уж тем паче, когда я определился на местности и сделал ещё один прыжок.

Фу-у-ух. Жарко. Я расстегнул ворот и снял шапку. Нет, однозначно пора завязывать. Я наметил три точки на полянках окружённых кустами, так что, можно будет появиться здесь и днём. Тем паче, что я могу сделать это совершенно бесшумно. Но уходил я с громом и молниями, потому что Эльвира Анатольевна должна была увидеть обычный портал. А быстро я управился. Даже снег на воротнике до конца не растаял.

— Шелест, здесь Оса. Наблюдаю войско Гирая на марше. Движутся на северо-восток тремя колоннами. Полагаю не меньше пятидесяти тысяч. Слушаю.

— Их семьдесят тысяч, Оса. И это абсолютно точно. Вас заметили? Слушаю, — поинтересовался я.

— Трудно не заметить стаю таких крупных птичек. Но паники и брожений не замечаю. Слушаю.

— Это потому что они ещё не знают, как больно вы умеете жалить. Выставь «Маяк», между передовыми дозорами и колонной хана Герая. Слушаю.

— Готово. До головы не больше шестисот шагов. Слушаю.

— Прикрывайте нас. Закончил разговор.

— Закончила разговор…

Тот первый полёт для боярышни Столбовой оказался незабываемым. Она буквально влюбилась в небо. Разумеется долго в небе держаться Арина не могла, ведь ей не под силу чувствовать потоки подобно воздушику. Но боярышня настойчиво теребила сначала меня, а после других представителей этой стихии. В результате, на основании своего опыта и почерпнутых сведений сумела вывести кое-какие закономерности.