Разместившись на шатких стульях, мы дождались, когда нам принесут нехитрую снедь. Это была жаренная рыба, сыр и бутылка неплохого белого вина. Не привередничая, мы восполнили калории, после чего мрачная старуха повела жён в ванную комнату, а меня старик повёл нас на второй этаж.

Что ж, пока жёны смывают трудовой пот, оценю свои апартаменты. Лишь бы они не переусердствовали, здесь с коммуникациями, похоже, всё плохо. Но если горячей воды мне не достанется, сбегаю искупнуться в море, Мод позволяет, а соль на коже потерплю до завтра.

– -----------------------------------

Четверг (04.05)

Проснувшись, я не сразу сообразил, где нахожусь. Над головой был побеленный потолок, дешёвая, старая мебель. Из окна в комнату падал слабый свет едва показавшегося над горизонтом солнца. В Интерфейсе мигали оповещения.

Раскрыв их, увидел, что ночью выросла Синхронизация у Маши. С Валей до восьми, с Тамарой до девяти, и даже с Хасей до трёх. На лицо женский сговор! Не иначе, это так высоко было оценено поведение зельеварши, прервавшей мой вчерашний флирт с Джулией.

Этак они мне пояс верности наденут! Буду звенеть яйцами в труселях, сделанных из металла. В Челябинске с металлопрокатом всё хорошо, можно достать любую марку стали. И что мне потом делать с какой-нибудь 13Х11Н2В2МФ, высоколегированной, жаростойкой и кислотоустойчивой?

Выбросив из головы бредовые размышления, навеянные инженерным образованием, я протёр глаза и широко зевнул. Часы в Интерфейсе показывали пятый час, спать ещё и спать. Тут мои ухи встопорщились, расслышав раздавшийся за дверью слабый скрип половиц.

Похоже, именно из-за этого я и проснулся. Подсознание дало сигнал, что к моей комнате кто-то приближается. Продолжая лежать на кровати, я закрыл глаза. Когда дверь приоткрылась, я по запаху определил, что в комнату вошёл старик.

Когда он подошёл к моей кровати, я открыл глаза и увидел, что в его руках двуствольное ружье. Слух и осязание меня спросонья обманули. Ко мне он явился не один, за его спиной стояла жена с кухонным ножом в руке.

– Бастарда!
– прошипел с ожесточением корсиканец и спустил курок.

Пучок дроби разбился о моё лицо, а вслед за этим в место напротив сердца ударило лезвие. Схватив за запястье старуху, я потянул её на себя, ударив ногой снизу по ружью в руках её мужа. Ствол задрался вверх, и повторный выстрел оставил чёрные точки на извёстке потолка.

Старая женщина, повалившись на меня, вцепилась в мой нос своими зубами, пришлось ударить её кулаком по затылку. Вставные челюсти разжались, она потеряла сознание, и я отпихнул её в сторону, и она упала на пол. На носу остался зубной протез, который я проигнорировал, чтобы заняться стариком.

Вскочив с кровати, я взял его за горло и придушил. Корсиканец заперхал и выпустил из рук двустволку, упавшую на пол рядом с телом его супруги. Ослабив хватку, я швырнул его на кровать, а потом положил рядом с ним его жену.

– Ой-вей, - раздался голос Хаси за моей спиной.
– Вань, ты настолько озабочен? Таки нужно было только нам намекнуть, мы всегда готовы.

Крафтерша стояла на пороге вместе с Машей. Обе, увидев меня, склонившегося над лежащей на кровати старухой, всё поняли в меру своей испорченности. Старика так вообще не заметили, ёлки-иголки. И слава богу! Иначе меня вообще бы зачморили.

Показав рукой сначала на двустволку на полу, а потом на нож, я объяснил сонным Спутницам что тут произошло. Выслушав меня, они по-новому взглянули на стариков. Женщина уже пришла в себя, а мужчина поглаживал её по волосам, шепча что-то успокаивающее и бросая на меня ядовитые молнии из своих чёрных зрачков.

– Ходэ! Вы маньяки?
– спросила у него Маша.
– Или каннибалы? Бэса ми куло! Еды у вас на ужине было мало, решили пополнить нами свои припасы?

– Вы покойники. За нашего Адриена наш род вам отомстит, где бы вы ни были. Везде найдём!

– Он вам кто?
– задал я вопрос.

– Сын, - почти выплюнул мне старик.

– Соболезную, - неискренне сказала Хася.
– Таки он сам виноват, связался с плохими людьми.

– Это были славные люди. Они хотели для моего народа только хорошего.

– Таки и пусть бы себе хотели, мы не совсем даже не против. Только не стоило слушать тех, кто начал проводить у вас обряды. Вы же католики?

Старуха торопливо вытащила крест и поцеловала его, отметая от себя любые наши сомнения.