Она уже поднималась с пола, хотя физиономия её была перекошена от боли, да и видно было, что бок, на который пришёлся удар доставляет ей немалый дискомфорт. Похоже, рёбра у неё таки сломаны.

Я кивнул икати, чтобы она не бросалась в бой, очертя голову, и не проявляла неуместный героизм, ибо я тут, а у меня, хе-хе, всегда всё под контролем.

Само собой, я только делаю вид, что продолжаю контролировать ситуацию, но подчинённые должны быть твёрдо уверены в непогрешимости, неуязвимости и непобедимости начальства. Это заряжает их оптимизмом и уверенностью в завтрашнем дне.

Из моей правой руки вырос длинный клинок. Зомби наш, как я и предполагал, отнёсся к этому факту философски, то есть даже бровью не повёл. Невозмутим, как Будда… Хотя, что это я? Он гарантированно мёртв и ему всё уже по барабану, отсюда и невозмутимость. Только вот двигательная активность у него такая, словно он живее всех живых…

Но ладно, с этим тоже разберёмся.

Покойный Простецов, тем временем, продолжал медленно надвигаться на меня, разводя руки в стороны, видимо желая заключить меня в свои объятия.

Я был против, ибо, судя по силе ударов, которые он совсем недавно раздавал, на моих рёбрах подобные обнимашки могут сказаться далеко не лучшим образом.

— Ну, что стоим, кого ждём? — поинтересовалась Зоэ, — Ткни его, да уже и разберёмся с этим недоразумением.

Я тряхнул головой. Что-то да, задумчив стал не в меру. Тут, как говорится в древнем анекдоте, думать не надо, а надо трясти. То есть, конкретно в данном случае, тыкать.

И я ткнул. Ещё шаг мертвец сделал, совершенно не обратив внимания на мой укол. Но вот следующий шаг дался ему уже с заметным трудом. Потом он занёс ногу, чтобы сделать ещё один шаг, но не осилил этого движения, и грузно свалился в лужу крови, которая продолжала течь из ран, нанесённых ему нашей кошкодевочкой.

Надо сказать, что даже свалившись, он продолжал попытки дотянуться да меня руками, неловко ворочался в натёкшей с него кровавой луже… В общем, не сдавался…

— Так, не приближайся к нему, — раздался голос Зоэ, — что-то живучий тебе труп попался… Ты смотри, до сих пор трепыхается… Дотронься до него шпагой, пусть мои наниты передадут информацию о том, что это за зверь такой оказался, и думать уже тогда будем…

Сказано — сделано. Я с опаской протянул шпагу к лежащему в крови телу.

— Всё, достаточно, — сказала Зоэ, — отползай, а то этот живчик невмеручий ещё учудит что-нибудь.

Я обернулся к Ня, и вовремя. Она, увидев, что враг повержен, решила, что опасность позади и уже ковыляла ко мне.

Пришлось дать ей команду прекратить движение. Она адресовала мне непонимающий взгляд, но, тем не менее, дисциплинированно остановилась и осторожно села на пол, держась одной рукой за ушибленный бок.

Хорошо её приложил этот Простецов, который оказался, как выяснилось, совсем не так прост, как казалось изначально.

— Зоэ, так что у нас там? — мне действительно было интересно, как так получилось, что человек, который должен был умереть после того, как Ня нанесла ему эти ужасные раны, продолжал двигаться и довольно эффективно нападать.

— Так, начнём с того, что это, несомненно труп. Сердце не бьётся, во всяком случае, но… — мне показалось, что Зоэ нарочито медленно излагает мне свои соображения, так как сама в них не до конца уверена. Но это уже я загоняюсь, ибо ИИ не может сомневаться. Это человеку сомневаться свойственно. А мышление машин дискретно — либо ноль, либо единица, либо да, либо нет. Но, при любом раскладе, никаких сомнений…

— Что но? — я решил немного ускорить её, ибо надо было вносить хоть какую-то определённость в создавшуюся ситуацию.

— Но этим мёртвым телом управляет нечто. Оно подключилось к нервной системе тела, и генерирует управляющие импульсы, — Зоэ, следует отметить, говорила всё это голосом, который я счёл удивлённым, — я, кстати, не смогу, в случае, если допущу твою смерть, управлять твоим телом…

— И что, наши нано-роботы не могут окончательно разделаться с этим неизвестным имплантом? — я довольно сильно напрягся, так как если нашлось что-то, против чего у меня нет эффективного оружия, то это свидетельствует о появлении новой серьёзной угрозы.

— Это не имплант, — меланхолично ответила Зоэ, — это живой паразит, который очень неплохо защищён от воздействий со стороны моих малюток. Мои наниты смогли только заблокировать нервные каналы тела и нарушить прохождение управляющих импульсов, что и позволило нам обездвижить этого немёртвого мертвеца… И кое что они, мои малыши, всё таки выяснили…

Дожили… ИИ, встроенный в мой имплант, начал недоговаривать, юлить и темнить:

— Так ты не тяни, излагай. Мне жуть как хочется понять, что тут, вообще, происходит, — создавшаяся ситуация, надо сказать, не на шутку меня встревожила.