— Ты же знаешь, как он относится к переменам.

— Да, — пробормотал я. — Я знаю. — Папа был упрямым старым мулом.

— Просто будь готов. Эта продолжающаяся битва станет намного хуже, когда он узнает, что ты снова преследуешь ее. — Она указала на дверь.

— Если я могу пережить это, почему он не может? Ей было восемнадцать лет, мама.

— Я не говорю, что ты не прав, а он прав. Просто убедись, что она та самая.

— Да. — Я никогда не был так уверен ни в чем другом. Фелисити была моей, даже если еще не знала этого.

— Тогда я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь.

— Я был бы признателен за это.

— Отдохни. Увидимся утром. — Она поцеловала меня в щеку, прежде чем выйти.

Мама была права. Черт возьми. Папа был бы безжалостен в своих нападках на Фелисити. Ему нужно было куда-то указать пальцем, и он выбрал ее. Но Лис была крепкой. Она могла бы это вынести.

По крайней мере, я на это надеялся.

Я не мог представить, что буду жить где-то еще, кроме «Счастливого сердца». Это место, где я хотел растить свою семью и где я всегда представлял себе старость. Но если бы папа прогнал Фелисити, он бы прогнал и меня.

Потому что, куда она, туда и я.

Глава 11

Чем бы ни был скиджоринг, он был популярен. Парковка у выставочного центра округа Джеймисон была забита битком. Здесь было больше машин, чем я когда-либо видела, включая оживленные ночи, которые я запомнила по летней ярмарке и карнавалу.

Хотя это было сродни пытке, я сделала, как просил Сайлас, и ничего не искал о скиджоринге на прошлой неделе. Я предполагала, что мероприятие будет проходить на открытом воздухе, поэтому для этого мероприятия я оделась в теплые вещи, несмотря на то, что ярко светило утреннее солнце. Сайлас предупредил меня, что турнир продлится большую часть дня, так что в моей светло-серой шапочке и варежках в тон я буду готова к более прохладным температурам ближе к вечеру.

В последний раз прихорашиваясь перед зеркалом заднего вида, я нанесла еще один слой блеска для губ, прежде чем направиться к арене. Люди текли к главному входу, но я свернула налево и оказалась на стоянке, предназначенной для участников, где Сайлас попросил меня встретиться с ним.

Понятия не имея, чего ожидать, я была потрясена, увидев стоянку, полную больших грузовиков и прицепов для перевозки лошадей. Все мужчины, бродившие вокруг, были одеты в зимнюю экипировку, которая состояла из брезентовых курток, кепок и ковбойских шляп. Половина мужчин на стоянке вели лошадей в поводу. У другой половины были лыжи.

Я бы никогда не нашла Сайласа в лабиринте трейлеров и грузовиков, поэтому я достала свой телефон.

— Привет. Я здесь. Где ты?

— В грузовике. Я приду и найду тебя.

— Хорошо. Я у входа.

Я стояла, а люди наблюдали, наслаждаясь суетой и возбуждением толпы, пока моим глазам не предстало захватывающее зрелище. Сайлас широкими шагами направлялся в мою сторону, одетый так же, как и все остальные, за исключением того, что он был совсем не похож на других мужчин.

Из-за черной ковбойской шляпы линия его подбородка казалась более выраженной и привлекательной для поцелуев. Изумрудно-зеленый шелковый шарф, которым он обмотал шею, делал цвет его глаз более ярким. Его штаны обтягивали его мощные бедра, обтягивая его спереди и на талии.

Я немного покачивалась, разглядывая его, пока не поняла — о боже мой — что пялюсь на его пенис, как пускающая слюни дурочка. Но то, как складывалась джинсовая ткань при ходьбе, намекало на величие того, что скрывалось под ней. Я не могла оторвать глаз.

Перестань пялиться на его пенис, Фелисити!

Мои глаза метнулись к его лицу как раз вовремя, чтобы увидеть сексуальную ухмылку, растянувшуюся на его губах. Я помахала и пошла в его сторону, надеясь, что мое лицо не было таким красным, как казалось, и что он не застукал меня за разглядыванием его промежности.

Раньше мне никогда не нравились ковбои, и хотя Сайлас был им, он редко одевался соответствующим образом. Но с этого момента, всякий раз, когда мне нужна была счастливая мысль, я буду представлять его именно таким.

Ковбой Сайлас был невероятно сексуален.

— Привет. — Мои слова прозвучали хрипло и горячо.

— Привет. — Он наклонился, чтобы коснуться губами моей щеки, и мой живот затрепетал. Мы не виделись с сочельника, и покалывание от его поцелуя той ночью только начало исчезать. К счастью, теперь оно снова появилось.

— Я готовлюсь. Ник скоро должен быть здесь, и тогда мы сможем пойти. Пойдем потусуемся?

Я кивнула, и его рука в перчатке протянулась и схватила мою, увлекая меня за собой сквозь оживленную толпу. Пока мы лавировали между трейлерами и грузовиками, я увидела несколько знакомых лиц, но в основном новых. Сайлас, с другой стороны, казалось, знал всех на пути к своему грузовику.

— Это что, только для парней? — Я не увидела ни одной женщины, одетой так, как будто она собиралась участвовать.