Клубящийся всем покалено,

В котором горожанин пьян,

Переставляя ноги ленно.

Осознаю земную твердь,

Иду насильно, заплетаюсь.

Не стопорюсь — мне в помощь жердь,

Но постепенно рассыпаюсь.

Играя гривою в луну,

Свободу лошадь отмечает,

А я в сторонке спину гну —

Не воля это! Отвечаю!

В надежде кутаясь в снегах,

Шагаю к морю — путь далёкий,

Мой дух в мечтах об облаках,

Ко дну морскому тянет ноги.

СВЕТ В ОКНАХ

Часы показывали восемь,

И в меланхолии тупой

Из парка выползала осень

Дождём и снежною крупой.

Желток от лампы лился в морось,

И он подумал, закурив:

“Как часто люди слепнут ссорясь,

Как слепнут в дождик фонари”.

А он стоял насквозь промокнув

И скулы в горечи свело,

Вокруг него светились окна,

За ними было так тепло!

Не чувствуя совсем мороза,

Готов стоять был целый век,

Припав щекой к стволу берёзы,

Мешая слёзы, дождь и снег.

И толи нервы, толи холод

Его опять вгоняли в дрожь,

И грохотали, словно молот,

Слова: “Когда же ты придёшь?”

Потом не стало в окнах света,

И отлетели звуки прочь.

Ему казалось, вся планета –

Сплошные холод, снег и дождь.

Она пришла в рассветной бели

И вдруг увидела штрихи –

На белом саване горели

Его последние стихи:

Ты вспоминай меня без боли,

В минуту трудную зови,

Когда захочешь лучшей доли,

Когда замёрзнешь без любви.

И если я хоть что-то значу

В твоей безрадостной судьбе,

Ты вспоминай, и я заплачу

Дождём и снегом о тебе.

СТЕПНАЯ ГОСТЬЯ

Угасает закатное пламя,

Спят беспечно берёза и тополь.

Не тревожит меня бычье знамя.

Заграница — как-будто некрополь.

Всё стабильно в отсутствии трендов.

На востоке дела утончённы:

Нет ни акций, нет ни дивидендов.

Лишь одною судьбою сплочённы.

Как песчинки в часах замирали,

Так и жизнь во степях стопорилась.

Здесь блюдут честь семьи и морали

Благодать по углам притаилась.

Бешпармаком, казы и шубатом,

Угощаюсь за праздным застольем.

Пополняя казну медным златом,

Всей душой наслаждаюсь раздольем.

Фейерверками полнится небо,

Ослепляя ночами и днями.

Как поэзией, вскормлена хлебом

Вся земля во степи под ветрами.

МОЯ ДОРОГА

Ведут дороги на рассвет

Иль на закат, иль вовсе мимо,

Но только в мире лучше нет

Той, по которой шёл с любимой.

Не оглянусь, не посмотрю,

Не стану взвешивать всё строго.

Я поведу тебя в зарю!

Твоя любовь — моя дорога!

В ПОЛЕ С КОНЁМ

По раздолью, зелёному полю,

На закат, где краснеет зарница.

Уходили с конём мы на волю.

Ледянющей водицы напиться.

Перепёлка крылом бьёт и стонет,

Намочив оперенье рябое

И не держит ничто нас, не гонит

И уходим мы в поле ночное.

Я друзей перестану треножить,

Воля вольному, верность за нами.

Но уйти от костра — грусть помножить,

Карьим глазом скосившись на пламя.

А на утро по полю седому

Гриву ветер взобьёт до полнеба.

И помчимся с конём мы до дому,

Где я соли ему дам и хлеба.

Там, у стремени срубленной бани,

Не возьмёт больше лошадь краюху.

Очевидно, я ночью по пьяни,

Саданул коня вилами в брюхо.

В ОБРАМЛЕНЬИ ПОНИКНУВШИХ ИВ

Я таких не видала красавцев

На яву, только в снах кружевных

В окруженьи бесчисленных агнцев,

У подножья дубрав вековых.

Ты — душа моя грешная в муках