– Да, кажется, у одного из компов кулер полетел, – ответил я. – Но это навскидку. Так-то надо системник открывать и смотреть.

– Ничего себе! А ты разбираешься в компьютерах?

В её глазах я заметил интерес и как всякий ещё вчерашний мальчишка «распушил хвост».

– Конечно! Я был лучшим в школе. И сейчас на курсе. А тебе нужна помощь?

– Мне нужна, – прервал нас мужчина, подошедший к своему столу и усердно тычущий в кнопки мобильника. – Кулер, говоришь?

– Наверное. – «Хвост» мой тут же опал, превратившись в ощипанную гузку. Девушка тихо отошла в сторону и застыла, разглядывая нас двоих.

– Проверить сможешь? А то мой специалист трубку не берёт.

– Наверное, – повторил я.

– Что нужно?

– Крестовая отвёртка и свободное место с розеткой. Если у вас такое есть… – Я посмотрел на забитый почти под завязку зал.

– Найду. А если сделаешь, сочтёмся. – Мужчина сунул мобильник в карман. – Пошли. Кстати, меня Лёней зовут. И на «ты», ненавижу, когда мне выкают.

Звонок прервал такой приятный сон, и я, ругая того, кто приходит так рано, встал с кровати и потащился к двери. Проигнорировав глазок, я открыл её и увидел на пороге Иру. Заплаканную. С размазанной по щекам тушью и искусанными губами.

– Ты чего? – Я поймал её, еле стоящую на ногах, буквально втащил в квартиру, усадил на пуфик у обувной стойки и захлопнул дверь.

– Я не знаю. – Она шмыгнула и громко разревелась.

– Ир, ну чего ты? Что случилось? Он тебя обидел? – Я только в этот момент обратил внимание на то, что она в другой одежде, не той, в которой вчера отправилась на «свидание».

– Нет. Он – нет… – Ира замотала головой. – Это всё сон. Я не знаю… Приснилось…

Она всхлипывала через слово, и я метнулся на кухню, достал из холодильника бутылку воды, принёс и заставил Иру сделать несколько глотков. Видимо, это пошло на пользу, потому что она задышала ровнее, а потом подняла глаза и посмотрела на меня.

– Мне приснилось, что я убила маму…

– Что? Ир, ты чего? – Я присел перед ней и сжал её ладони. Горячие, словно у неё была высокая температура. – Ты же сама сказала, что это просто сон. Сон, и ничего больше.

– Да, сон. – Ира кивнула. – Но такой реальный.

– Каким бы реальным он ни был, это всё неправда. Ты маме звонила?

– Да. – Кажется, она начала приходить в себя, потому что повернулась так, чтобы посмотреть в зеркало, висевшее сбоку от пуфика, и вздрогнула, увидев отражение. – Это я? Я в таком виде ехала по городу? – В голосе прозвучал такой ужас, что я невольно улыбнулся.

– Ну вот, теперь это точно ты. – Поднявшись, я потянул её за руку, заставляя тоже встать. – Иди приведи себя в порядок, а я пока приготовлю что-нибудь на завтрак, – в этот момент я понял, что до сих пор торчу тут в одних трусах, – и оденусь. А потом ты расскажешь, что это был за сон.

Ира отвернулась, почему-то смутившись, словно никогда не видела меня раздетым, повернулась так, чтобы сесть ко мне боком, и потянулась расстегнуть застёжки на босоножках. Воспользовавшись этим, я ушел в спальню. Нет, обычно я не встречаю гостей раздетым, но когда раздался звонок, всё ещё находился в полусне и проснулся окончательно только когда увидел Иру. А бросить её в таком состоянии на пороге и уйти, чтобы натянуть штаны, я не мог.

Когда Ира вошла на кухню, я уже разбил в сковородку четыре яйца, поставил её на огонь и достал из холодильника помидоры и брынзу для салата. Она умылась и сейчас без косметики выглядела не хуже, чем с ней. Я иногда даже думал, а зачем она красит и без того чёрные и длинные ресницы и яркие розовые губы? Однажды даже спросил, но нарвался на такой непонимающий взгляд, что ответа не потребовал.

– Яичница? – Ира пододвинула табуретку и уселась боком к столу, поставив на него локоть и опершись спиной о стену.

– И салат. – Я дорезал помидоры и взялся за брынзу. Она любила это сочетание, и у меня всегда хранилось и то, и другое – на всякий случай. Хотя за всё время нашего знакомства Ира бывала у меня всего три раза. Этот – четвёртый.

– Это хорошо, а то я вчера толком не поужинала, а сегодня не до завтрака было. – Погладив рукой, которая до этого лежала на колене, живот, она скривилась.

– Таблетку? – спросил я.

– Да нет, это нервное. Ты же знаешь, что я могу сутками не есть.

– Когда работаешь. Но сейчас совсем другая ситуация. – Я выключил газ под сковородкой, достал тарелки, разложил по ним яичницу и салат и поставил их на стол. – Вилки достанешь? А я пока чайник включу. Тебе какой? Зелёный или чёрный?

– Белый.

Мне показалось, что в её голосе прозвучала насмешка, но я открыл шкаф и, порывшись, достал упаковку с белым чаем.

– Вот, – я показал его ей, – на день рождения подарили.

– Наливай, – со вздохом кивнула она, понимая, что посмеяться надо мной не получилось.