— Нам пора уходить! — кричит Николай, пока я смотрю на кровавую бойню перед нами. Мы выбегаем из помещения, и мчимся сквозь этот хаос, оба полны решимости помочь Алексу.

Звук кулаков, соприкасающихся с плотью, приводит нас к тому, кого мы искали. Мышцы Алекса движутся под его влажной от пота кожей, когда он вступает в рукопашный бой с Лукой. Их стоны боли и напряжения эхом разносятся по комнате, скрашивая напряженную тишину между выстрелами.

— Не останавливайся! — подстрекает Николай, хватая меня за руку и притягивая ближе к жестокому поединку между Алексом и Лукой. Несмотря на опасность, я не могу не восхищаться огромной силой обоих мужчин; каждый их удар, кажется, сотрясает сам воздух вокруг нас, заставляя Луку отступить назад.

Быстрым и плавным движением Алекс хватает Луку за воротник и швыряет его о неподатливую металлическую стену. Удар разносится по комнате, заставив мое сердце подпрыгнуть к горлу.

Краем глаза я замечаю движение: один из верных последователей Луки, до сих пор незамеченный, бросается ко мне. Прежде чем я успеваю среагировать, его кулак врезается в мое плечо, и от силы удара я падаю на землю.

— Амелия! — кричит Николай. Я слишком ошеломлена, чтобы ответить, мое зрение плывет, пока я изо всех сил пытаюсь прийти в себя. Сквозь дымку я вижу, как на долю секунды глаза Алекса устремляются в мою сторону, и на его лице отражается смесь ярости и страха.

В этот момент все как будто замедлилось. Звуки выстрелов и ударов кулаков стихли, сменившись стуком сердца в груди. Я пытаюсь подняться на ноги, но боль в плече слишком сильна. Мужчина нависает надо мной, его пистолет нацелен мне в голову.

Прежде чем он успевает нажать на курок, появляется Николай. Он валит мужчину на землю, направляя пистолет ему в грудь, и, не колеблясь, стреляет, и тело мужчины обмякает.

— Николай! — кричит Алекс, его голос напряжен. — Вытащи ее отсюда!

Николай кивает, поднимая меня на ноги. Алекс сосредоточенно смотрит на меня, пока я пытаюсь устоять на ногах. Позади него я вижу мерцающий отблеск и понимаю, что это свет отражается от лезвия в руке Луки. Я открываю рот, чтобы предупредить Алекса, но уже слишком поздно.

Лука наносит молниеносный удар, клинок проносится по воздуху и вонзается Алексу в живот. Я с ужасом наблюдаю, как он отшатывается назад, его глаза расширяются от шока и боли, а нож все еще торчит в животе.

— Нет! — я кричу, но уже слишком поздно. Алекс падает на землю, кровь растекается вокруг него.

С криком ярости я бросаюсь на Луку, подняв пистолет и готовый выстрелить. Мое зрение затуманивается от слез и ярости. Я без колебаний нажимаю на курок, но раздается лишь щелчок. У меня закончились пули. Лука поворачивается ко мне лицом, на его губах играет жестокая ухмылка.

Я бросаюсь на него, сбивая его с ног. Мы перекатываемся друг через друга, пытаясь контролировать ситуацию. Его пальцы обхватывают мое горло, сжимая до тех пор, пока я не могу дышать. Я задыхаюсь, хватаясь за его руку, но это бесполезно. Тьма начинает сгущаться.

Внезапно давление ослабевает, и я делаю глубокий вдох. Николай стоит надо мной, его пистолет дымится. Лука откидывается в сторону, задыхаясь.

— Ты в порядке? — спрашивает Николай хриплым от волнения голосом.

Я киваю, слезы текут по моему лицу.

— Нам нужно вытащить Алекса отсюда, — удается вымолвить мне, когда краем глаза я вижу, как Лука достает пистолет из одного из тел своих павших приспешников. Он поворачивает его в сторону нас с Николаем, и его палец нажимает на курок.

Но прежде чем он успевает выстрелить, по комнате разносится эхо выстрела. Лука дергается, его пистолет с грохотом падает на землю, когда он падает на колени. Кровь расцветает на его груди, окрашивая рубашку в темно-красный цвет.

Я поворачиваюсь и вижу Алекса, его глаза горят от ярости, когда он опускает дымящийся пистолет, который, должно быть, подобрал с пола.

— Predatel! — Алексей рычит по-русски. Он падает на спину, его рука прижимается к ране на животе, и он издает стон.

— Нам пора идти, — выдавливает Николай. — Сейчас же.

Не говоря больше ни слова, мы подхватываем Алекса, каждый берет его под руку, и мчимся к выходу, наши шаги эхом разносятся по пустынным коридорам.

Когда мы вырываемся на улицу, я слышу сирены, воющие вдалеке. Я оглядываюсь на здание, на сердце у меня тяжесть, зная, что мы только что сделали. Убийство подручного Иванова потребует объяснений, которые, не примет отец Алекса.

Алекс крепко сжимает мою руку, его тело дрожит от усталости и боли от раны. Металлический привкус крови тяжело витает в воздухе вокруг нас.

Когда мы пробираемся сквозь тени, я оглядываюсь назад на хаос, который мы оставили позади. Крики людей Луки становятся громче по мере их приближения. Они ищут нас, охотятся за нами, как за добычей.

— Сюда, — шепчет Николай, указывая на узкую дверь, спрятанную между штабелями ящиков.

Мы проскальзываем через дверь в тускло освещенный переулок, наши шаги приглушает гравий под ногами. Алекс дышит с трудом, и с каждым шагом его тело слабеет.