— Амелия, — говорит Алекс, его льдисто-голубые глаза холодны и непроницаемы. — Я знаю, что ты со многим столкнулась, но нам нужно кое о чем поговорить.

Я смеюсь.

— О чем? Ты собираешься рассказать мне, что на самом деле ты - давно потерянный брат-близнец Луки?

Выражение лица Алекса темнеет, и я понимаю, что ничего хорошего в том, чем он хочет со мной поделиться, нет.

— Нет, не об этом.

Я чувствую, как в моей груди поднимается паника. Я была настолько поглощена драмой своей родословной, что позволила реальной опасности, нависшей над нашими с Алексом отношениями, отойти на задний план.

— В чем дело? — спрашиваю я, боясь того, что он может сказать.

— Лука Петров задавал о тебе много вопросов. — при упоминании имени Луки у меня по спине пробегает дрожь. Решимость этого человека раскрыть правду подобна волку на охоте — безжалостному и неумолимому.

— Почему он так беспокоится обо мне? — огрызаюсь я в отчаянии.

— Он рассматривал тебя как плату за то, что его обидели в ситуации с Максимом. Ты должна была знать, что ему не понравится, если я вмешаюсь и поставлю тебя под запрет. Должно быть, это вызвало у него подозрения, — объясняет Алекс.

— Я знаю. — я наклоняюсь, и Алекс поднимает руку, обхватывая меня, позволяя мне положить голову на его грудь. — Мне просто хотелось, чтобы мы могли вернуться к тому времени, когда мы были только вдвоем.

— Мне жаль, — говорит он, крепче прижимая меня к себе.

— Изабелла тоже стала задавать больше вопросов, — признаю я, мой желудок скручивается в узел. — Такое ощущение, что скоро о нас узнают все.

Прежде чем Алекс успевает ответить, дверь распахивается, и в комнату входит Николай, его светло-каштановые волосы взъерошены, а расчетливые глаза горят гневом.

Алекс напрягается, его рука тянется под подушку дивана рядом с ним, и через мгновение я вижу в его руке пистолет.

— Господи, чертов идиот, ты что, хочешь, чтобы тебя застрелили? — шипит Алекс, пряча пистолет под подушку.

Николай, похоже, ничего не думает о том, что Алекс сидит на диване со мной в полотенце, и сразу переходит к своей панической тираде.

— Это будет не в первый раз. — он пожимает плечами. — Я здесь, чтобы сказать тебе, что твои подозрения насчет Луки были верны. За голову Амелии назначена цена.

Кулаки Алексея сжимаются, челюсть напрягается.

— Ты уверен, что это был он?

— Цена? — восклицаю я. — Что, черт возьми, ты имеешь в виду, когда говоришь, что за мою голову назначена цена?

Воздух вокруг нас сгущается от напряжения, и мне требуется каждая капля моих сил, чтобы не рухнуть на пол. Моя жизнь висит на волоске, и я больше не знаю, кому доверять.

— Я пока не смог подтвердить, от кого поступил приказ, но кто еще мог это сделать? — спрашивает Николай.

— Подожди, помедленнее. Кто хочет моей смерти? — спрашиваю я дрожащим голосом. — Что, черт возьми, я сделала? Я никто.

Алекс встает и поправляет полотенце на талии, глядя на меня сверху вниз.

— Ты наследница империи Кинг и состоишь в отношениях с наследником семьи Ивановых. Конечно, у тебя есть враги.

— Никто о нас не знает, — напоминаю я ему.

— Видимо, кто-то знает, — вмешивается Николай.

— Ты действительно так думаешь? — Спрашиваю я.

Алекс смотрит на меня, и я сразу вижу, что он распознает панику в моем взгляде.

— Это может быть совпадением, — предлагает он, но я знаю, что он просто пытается заставить меня чувствовать себя лучше. Если бы наш секрет стал достоянием общественности, прошло бы совсем немного времени, прежде чем он стал бы известен обоим нашим отцам. В лучшем случае они потребуют, чтобы мы перестали встречаться. Я не хочу думать о худшем варианте.

— Так что же нам делать? — спрашиваю я, сердце колотится в груди. Комната словно смыкается вокруг меня, я начинаю паниковать.

— Тот, кто навел справки об Амелии, хотел сделать это анонимно. Я подозреваю Луку, но не могу утверждать это с уверенностью, — отвечает Николай, его глаза сужаются.

— Черт возьми, — рычит Алекс. — Мы должны выяснить, кто это. Я не могу убить Луку, пока не буду уверен, что он сделал шаг против меня. Мы также не можем позволить кому-либо подойти достаточно близко, чтобы причинить вред Амелии.

Я пытаюсь собраться с мыслями и найти логику во всем этом хаосе, пока двое мужчин обсуждают дальнейшие действия. В конце концов я спрашиваю:

— Неужели Лука хочет моей смерти только для того, чтобы отомстить моему отцу?

— Он хочет причинить мне боль, — без колебаний говорит Алекс. — Он всегда был одержим контролем и сохранением своего положения в мафии, и он знает, что для него нет места, когда я заменю своего отца.

— Лука из тех, кто ни перед чем не остановится, чтобы его власть осталась неоспоримой. Он безжалостен. — Николай соглашается, выражение его лица мрачнеет.