Я просидел в ступоре секунд тридцать, не опуская пистолет. С шоком и непониманием продолжал его держать, направляя в невидимого врага, и теряться в догадках о том, куда он подевался. Организм все понял гораздо быстрее, чем разум. Я повернул голову в сторону мертвого амбала. Даже покойники в гробах были и то жизнерадостнее чем он. Его голова утопала в собственной крови и сером веществе. Внезапно мой желудок остро заныл, исторгая из своих глубин остатки недавней еды. Меня обильно стошнило на голову этого мудозвона. Матерь Божья, до омерзения отвратительная картина. Я то к этому дерьму привык уже давно, да и пострашнее вещи видел, но молодое тело созерцает эту сторону жизни впервые.

Черт, как же все тело ломит, кто бы знал?! Оно в шоке отказывается слушать любые команды с моей стороны. Но расслабляться еще поздно. Не прекращающаяся буря выстрелов с улицы и не думает заканчиваться. Калашников, Альфа и Филинов все еще ведут свое ожесточенное сражение. Они до сих пор не знают, что Света здесь, а не на их позиции. Кроме меня спасти ее здесь некому. Даже если я прямо сейчас вызову подмогу, ждать ее придется долго, а двое оставшихся раненых террористов не будут сидеть, сложа руки. Вставай, чтоб тебя, слюнтяй! Работа еще не окончена, чертов раздолбай!

Кое-как я пришел в себя. Все тело трясло от перенапряжения и колоссального стресса для психики. Глаза так и бегали по комнате, не желая видеть мясорубку под ногами и за спиной. Мозг покрылся охлаждающими мурашками, сбрасывая кровяное давление в раскаленных сосудах. Еще рано, друг мой, но воспользуйся передышкой пока можно. Хрен знает, что выкинуть два оставшихся ублюдка наверху. ТТ был пуст. Нож-бабочка разлетелась осколками вместе с трупом одного из ублюдков. В груди теплилась единственная надежда на последнюю, почти пустую обойму, которую я швырнул как обманку. Найти бы ее еще в этом раю психопата-мясника. Благо, удача опять мне подсобила. Желанная вещица поблескивала на свете вечернего солнца аккурат около дверного проема. Не придется копошиться в том немногом, что осталось от тех неудачников. Хреново было то, что, похоже, моя удача закончилась. В обойме был последний патрон. Шутку про то, что этого более чем хватит, чтобы застрелиться, опущу. В прошлый раз она вышла из-под контроля.

ТТ снова готов к бою. Сквозь свист ветра, приносящего отзвуки пальбы со стороны Калашникова, я слышал приглушенное матерное причитание наверху. Ноги налились свинцом, и не желали идти к Свете. Каждый шаг давался с титаническим трудом. Спустя несколько десятков секунд, я доковылял до лестницы на пятый этаж. Ступенька за ступенькой. Я неумолимо приближался к своей цели, держа верный ствол наготове. Грузный топот от шагов, резонирующим эхом отдавался в ушах, сливаясь в тандеме с бушующей кровью по венам. Медленно, но верно я добрался до своей цели. На входе в цитадель зла, меня встретил чертила, которого я подстрелил первым. Уродец умер от потери крови, пытаясь на последних издыханиях закрыть руками новые дырки в своем теле. Я умудрился зацепить ему артерию на шее, и всадить пулю в солнечное сплетение. У него не было шансов.

Около Светы стоял бледный бандос, покрытый холодным липким потом с ног до головы. Он был последним в этой шайке. Его я тоже хорошенько зацепил, прострелив селезенку. Рана средняя, но очень противная. Если в ближайшее время не вмешается спец, то он не жилец. Похоже, придурок тоже это понимал. Паскуда оперся на стул, держась на ногах из последних сил. Джавелин валялся около разбитого окна. Видимо, ему не хватило сил из-за ранения приготовить такую бандуру к выстрелу. Оно и понятно, ведь по нормальному с нее должны шмалять два бойца сразу. Воистину, гребанный понедельник самый тяжелый день на свете.

– Не подходи, - прерывисто выдал урод, с усилием вдыхая кислород.
– Иначе, я вышибу ей мозги!

– Не успеешь, - адреналин продолжал фигачить в крови. Костя тормози с выпендрежом и стреляй!
– Ответь мне кто вы, и зачем это сделали! Может, тогда я подумаю о том, чтобы тебя пощадить.

– Я по-твоему совсем дебил?!
– Скрипуче засмеялся Кыргыз. Пистолет в его руках с каждой секундой трясся все быстрее. Его время на исходе.
– Даже если выживу, богатей сожрет меня с потрохами!

– НЕТ!
– Ублюдок молниеносно приставил ствол к голове Светы.

Неожиданно все время мира вокруг меня остановилось. Я почувствовал новое, неизвестное мне до этого момента чувство. По всему телу прошелся жгучий импульс, задевающий каждую клетку моей души. Непонятная сила устремилась в мозг, а затем скачком со скоростью света к мышцам рта и языка. Было ощущение, что я пытался выплюнуть из себя раскаленное до красна пушечное ядро. Глаза уловили еле заметные тончайшие волны силы, которые походили на круг, нарисованный дрожащей рукой. Время вернуло свой ход, но Кыргыз не совершил задуманного. Он завис в ступоре, не понимая, что вообще происходит. В прочем, я тоже не знал как объяснить подобное.

– Отстань от нее, ублюдок!
– Я со всей дури рванул к рыжуле. Но спустя несколько шагов упал на колени, не в силах сопротивляться атомной бомбе, разорвавшейся в головешке.

Бандос взмыл в воздух. Даже не так. Он с тошнотворным хрустом отлетел в ближайшую стену. Нечто невидимое удерживало его в воздухе, не давая коснуться пола. Что-то продолжало продавливать ублюдка в стену. С каждым ударом сердца у него ломалось все больше и больше костей. Непередаваемая палитра адских криков утопала в ломающихся костях и рвущихся мышц. Спустя несколько секунд, урод взорвался, как воздушный шарик. Своей кровью он окрасил тот самый кружок невидимой силы, который я видел за мгновение до этого. Все было кончено. Светлана спасена. Похоже, у меня получилось использовать силу софиста. Наконец-то!