Может, врезать им обоим? Хотя бы слегка. Тогда бы мне сразу полегчало?

Да. Да, полегчало бы.

— Мизери. Сестра моя, — он переходит на Язык. — Ты проявляешь больше эмоций, чем обычно. Ты нездорова?

Я выпрямляюсь и делаю глубокий вдох. Хотя мы с Оуэном родились с разницей в три минуты, очевидно, старшая здесь я.

— Слушай, я правда пытаюсь найти эту сучку Серену, и мне очень понравилась младшая сестрёнка Лоу, хоть она та ещё заноза в заднице. К несчастью, они оба мастера ввязываться в неприятности. Так что, если бы ты мог не усложнять мне жизнь ещё больше из-за какого-то непродуманного плана, который ты состряпал два часа назад на скорую руку…

— Три месяца назад.

— …то было бы правда… Что?

Взгляд Оуэна твердеет. — Три месяца назад, Мизери. Я начал работать над этим планом с тех пор, как узнал, что отец подумывает снова отправить мою сестру на вражескую территорию, — он обнажает клыки, и его тон стал нехарактерно серьёзным. — Я ничего не мог сделать, когда мы были детьми. Я ничего не мог сделать, когда ты вернулась, потому что был слишком труслив, чтобы выступить против. Сейчас я тоже ничего не могу сделать, но я полон решимости попытаться, — его взгляд ненадолго встретился с моим, и он снова заговорил по-английски. — Я хочу быть тем, кто будет вести переговоры о следующем наборе альянсов. Я хочу, чтобы все системы Залога исчезли. Я хочу перестать проводить искусственные границы или удерживать спорные территории из-за злобы. Я хочу превратить это место во что-то, что не будет напоминать пороховую бочку.

Я изучаю его, поражённая. Осознание того, что за все те годы, что мы провели врозь, пока я росла, менялась и строила свою собственную жизнь, мой брат-идиот тоже рос и превратился…

Явно не в идиота.

— Отец убьёт тебя, — повторяю я. На этот раз не с целью его отговорить.

— Возможно, — он поворачивает голову в сторону, к кому-то у меня за плечом. Лоу. — Есть какие-нибудь советы о том, как успешно совершить переворот, Альфа?

— Я собирался порекомендовать плотный завтрак, но…

— Какая жалость.

Рука Лоу скользит к моей талии, притягивая меня к своему крепкому телу.

— Я не поклонник твоего отца. И учитывая, что оборотни и вампиры заключают альянсы, мне бы хотелось видеть кого-то, чьи приоритеты совпадают с моими.

Мой брат и мой муж смотрят на меня, потом друг на друга. Между ними проскакивает нечто непонятное мне. Соглашение. Точка соприкосновения.

Следующие несколько минут Оуэн посвящает меня в курс дела о запутанной сети своих сторонников, союзников и соратников по заговору. Он уверяет меня, что никто не знает о его плане, и, как ни удивительно, я ему верю. Он может казаться показно беспечным, но в этом деле он действовал крайне осторожно и осмотрительно. Тем не менее, он быстро переходит к пустым сплетням, которые мне неинтересны, и я ловлю себя на том, что перестаю его слушать, когда краем уха слышу, как Лоу спрашивает Габи:

— … тебе что-нибудь нужно?

— Да вроде бы ничего. До сих пор не было никаких признаков опасности. Оуэн, на удивление, оказался вполне сносной компанией, даже предоставил доступ к своим игровым приставкам. Все остальные относятся ко мне холодно и оставляют в покое, что просто замечательно. Они настоящие профессионалы в этом обмене Залогом. Десятилетиями им приходилось иметь дело с человеческими детьми, а я куда менее хлопотная. Конечно, они следят за моим интернет-трафиком, но у меня полно времени поработать над магистерской диссертацией. В этом семестре я посещаю пять занятий.

— Финансы, да?

— Электротехника. К концу года должна закончить.

— Поздравляю.

— Спасибо. А ты? Кажется, ты счастлив со своей… — думаю, Габриэль указывает на меня, но я не могу повернуться, чтобы проверить. Как и не могу быть уверена, что Лоу кивает и слабо улыбается, хотя я буквально чувствую это. Тот факт, что он счастлив. Со мной.

— Пойдём, Габи, — зовёт Оуэн, развернувшись на пятках. — Я утомляю сестру несущественными подробностями о том, кто с кем у нас трахается.

Я закатываю глаза, а затем снова собираюсь с силами. Лоу и Габриэль не поприветствовали друг друга тепло, но теперь это наверняка произойдёт: объятие, нежный момент, тоскливое прощание. Может, она и не знает, что она его пара, но он что-то к ней чувствует.

«Я приму всё, что она готова мне предложить — будь то самая малость или весь её мир».

Он примет всё, что может получить сейчас, и хотя я убеждала себя, что смогу справиться с этим, когда это произойдёт, ревнивая боль в сердце слишком сильна. Я не могу смотреть. Я машу на прощание Оуэну и Габи и обхожу машину Лоу.

Но я прохожу всего пару шагов, когда слышу: «Дай мне знать, если ситуация изменится», за которым следует короткое: «Да, Альфа».

Слышу два набора шагов: Габи идёт за Оуэном, Лоу направляется к водительскому сиденью, и больше ничего.

Ничего, кроме дружеского махания.

Я бросаю взгляд на Лоу, он даже не смотрит ей вслед. Не провожает её взглядом. Не потирает ладонью челюсть, как делает, когда обеспокоен, нервничает или задумчив. Его пара возвращается на вражескую территорию, и он может больше никогда её не увидеть, а он…