– На каком?

– Бульвар Разбитое Сердце. Это в Гротвей.

– Да, я знаю, – кивнул констебль. – И вы были только вдвоем?

– Нет, – ответил Финч.

Констебль заметно напрягся. Его глаза удивленно и, мальчику даже показалось, взволнованно расширились.

– Кто еще с вами был?

– Младенец, – хмуро ответил Финч.

– А, ну да. – Констебль кивнул. Вероятно, он ожидал услышать что-то об убийцах и заговорщиках.

– Сэр! – негромко позвал доктор. – Вы можете забрать девочку.

Мистер Перкинс поглядел на стрелку над лифтом.

– Да, как только… – начал он, но тут стрелка качнулась и поползла вниз. – Пойдем, Финч.

Вернувшись к каминам, констебль аккуратно поднял на руки завернутую в пледы Арабеллу и направился к лифту. Мальчик взял пальто подруги и, бросив тревожный взгляд на ехидно усмехающегося доктора, поспешил за полицейским.

Кабинка с лязгом опустилась. Лифтер отворил дверцу и отодвинул решетку.

– Мистер Поуп, нам на… – Констебль поглядел на Финча, ожидая подсказки.

– Четвертый, – сказал Финч.

– Да, на четвертый этаж.

– Как скажете, сэр, – промямлил лифтер.

Мистер Поуп был явно недоволен тем, что ему снова нужно отправляться в свое «невероятно долгое путешествие по этажам», но препираться и ворчать не посмел – представители закона вызывали в нем почти детскую робость.

Когда кабинка остановилась на четвертом этаже, Финч первым вышел из лифта и направился прямиком к квартире № 9. Констебль с девочкой на руках последовал за ним.

– Мне вас ждать, сэр? – с тоскливым видом спросил лифтер.

– Да, будьте любезны, мистер Поуп.

Финч извлек из кармана пальто Арабеллы ключ от ее двери. Отпер.

Констебль занес девочку в квартиру. В гостиной горел свет. За столом, по-прежнему уткнувшись лицом в тарелку, спал Сергиус Дрей. Финч облегченно вздохнул – ну, хоть что-то сегодня прошло как надо.

– Кто это? – спросил мистер Перкинс. – Отец девочки?

– Нет, – ответил Финч. – Ее дядя. Мистер Дрей. Я вам о нем говорил…

– Ах да. Разбуди его.

Финч подошел к мистеру Дрею, склонился к нему и незаметно подложил отмычки в карман его брюк.

– Мистер Дрей! – позвал Финч и прикоснулся к локтю спящего мужчины. – Мистер Дрей, проснитесь!

«Кажется, Арабелла все-таки переборщила со снотворным», – подумал он.

Финч немного осмелел и с силой подергал Сергиуса Дрея за плечо.

Мистер Дрей вздрогнул и поднял голову из тарелки. Кусок холодного омлета пристал к его щеке. В первое мгновение дядя Сергиус недоуменно заозирался, не совсем понимая, что происходит, но, увидев рядом с собой Финча, что-то заподозрил и мгновенно рассвирепел.

– Что это ты здесь?.. – начал было он.

– Мистер Дрей, полагаю?! – спросил констебль.

Сергиус Дрей перевел взгляд на мистера Перкинса и замер с открытым ртом. О, как же он испугался – еще бы! – полицейский в его квартире!

Руки мистера Дрея профессионально задрожали и потянулись к карману.

– Ваша племянница, сэр, – сказал констебль. – Вышла в бурю из дома за печеньем.

И только сейчас Сергиус Дрей увидел девочку на руках у мистера Перкинса. Его брови поползли вверх.

– Она мертва? – спросил он. И было неясно, испуганно или обрадованно.

– Нет, сэр. Ее вернули как раз вовремя. Доктор оказал ей помощь. Но бедняжке нужен уход. Куда ее можно отнести?

Мистер Дрей оживился и засуетился. Вскочив на ноги, он принялся деловито виться вокруг констебля, имитируя приторно заботливого дядюшку.

– Ой, как же так вышло! – сокрушался он, выпучив глаза, но не в силах подавить в них ехидство. – Буря! Девочка попала в бурю! Это же просто ужасно!

– Вы правы, сэр, – констебль кивнул. – Куда отнести мисс Джей?

– О, полагаю, мою милую Арабеллу следует отнести в ее комнату! Я вас провожу…

Сергиус Дрей засеменил по коридору, показывая дорогу. Распахнув дверь комнаты, он нырнул внутрь и даже озаботился – отбросил в сторону краешек одеяла на кровати Арабеллы, – просто лучший дядюшка на свете!

Финч и констебль зашли следом. Мистер Перкинс положил Арабеллу на кровать. Завернув ее в одеяло, он повернулся к мальчику.

– Надеюсь, ты за ней приглядишь?

– Конечно, сэр.

– И я тоже! – вставил дядя Сергиус. – Буду глядеть в оба глаза. И совсем перестану моргать. Только бы бедная девочка поправилась.