Как бы то ни было, жизнь вдруг поменялась в лучшую сторону. Килограммы набирались, Лина обрела румянец, кости больше не торчали. Да и вроде даже она нашла себе друзей. Хотя, конечно, друзья — это сильно сказано, но хотелось бы их так назвать.

А на седьмом месяце они вдруг одумались. Имя! Вот, про что они напрочь забыли. Так они привыкли к тому, что ребенка зовут Малой, что позабыли дать ему нормальное имя, ведь с таким далеко не уедешь.

— Как назовем? — с нежностью Лина гладила свой живот, что-то внутри будто встало на свои места.

— Вика? — предлагая имя, Нисон тоже положил руку поверх её руки. На самом деле Лина никогда не была особо тактильной, она обнимала-то его редко, а тут — лежит прямо у него на плече, слушая умеренное дыхание и позволяя приобнять себя.

— Хорошее имя, но я хочу какое-нибудь особенное, чтобы потом, когда она спросила про значение своего имени, мы ответили ей, — Лина говорила тихим, нежным голосом, лаская слух Нисона. В тишине он казался манящим и любящим. Несвойственным Лине.

— Ты моими родителями вдохновилась? — он улыбается, хоть и понимает, что она не видит это.

— Не только твоими.

…

— Так, какое имя ты хочешь?

— Не знаю… Ей тоже должно нравится!

— И как это должно выглядеть? Она же не может сказать.

— Может, — Лина медленно постукивала по животу. — нужно лишь понять её.

Нисон улыбнулся, не принял слова жены всерьёз. Но всё же замолчал, так как вспоминал все существующие имена. Особо значений он не знал, но вот красивое имя дать дочке хотелось. У его жены было самое подходящее имя, хотя, может это она подходила под имя, а не имя под неё?

«Как корабль назовешь, так он и поплывет» — гласила народная мудрость. Авось и правда, раз с Линой так совпало. Не зря же наши предки придумали значения к именам, некоторыми опасались называть своих детей, а некоторые наоборот были очень популярны среди них. Имя играет огромную роль в нашей жизни, хоть мы и сами об этом не догадаемся.

— Яся, — Лина вдруг выдохнула.

— Яся? — Нисон поднял бровь. — Довольно необычное имя…

— Ясения, — ребенок в животе ударил руку Нисона, словно соглашаясь с этим именем.

— О, ну, раз и ты с этим именем согласна, то я тогда тоже, — он смеётся, ближе прижимаясь к жене. Под рукой чувствовалось движение, а Лина впервые была рада тому, что Нисон так ластится к ней. И он совсем не стал обращать внимание на то, что Лина будто бы советовалась вначале с дочкой, прежде чем произнести её имя вслух.

В комнате было темно. Но сквозь шторы вдруг пробился луч солнца.

Яся

Имя так и закрепилось. Так оно и слышалось постоянно, словно они уже начали приучать её к нему. Но дочке нравилось, она пиналась, будто бы говоря, что скоро родится, и это имя будет звучать ещё чаще. Из всех имён, что знала Лина, имя ребёнка стало ей роднее всех. С такой нежностью и любовью она никогда никого не называла. Она даже не знала, что можно настолько любить, так это чувство было светло, что Лина не знала куда себя девать. Разговаривала с ней, будто бы она слышит её, гладила и постоянно твердила её имя. Наверное, она даже выработала себе рефлекс, ведь когда она слышала его, то сразу же на сердце становилось светло, тепло разливалось по телу, хотелось любить.

Иногда желаешь счастья так искренне и долго, что кому-то свыше надоело это слышать, и они отправляют вам такие "одноразовые акции", после которых многие кончали самоубийством, или же просто остаёшься на всю жизнь с глубочайшей депрессией. Вряд-ли это лечится, а вот счастье мимолётно. Почему так? Наверное, никто и никогда не ответит.

Думаешь, вот, исполнилась самая заветная мечта, но на следующий же день тоска начинает свою трапезу. Осуществив мечту, чувствуешь опустошение, растерянность. А к чему дальше стремиться, что делать? Это замкнутый круг…

Когда начались схватки, Нисон был дома. Выходной, на улице светило солнце. Быстро собравшись, они вызвали такси и поехали в больницу. Лине становилось хуже с каждой секундой, но она всё равно пыталась шутить и улыбаться, не смотря на адскую боль. Воды отошли прямо в машине, но таксист молча выдохнул, не став кричать на молодых родителей. Нисон поблагодарил его, пожелал счастливого дня и вышел с Линой под руку из машины. На улице уже снег и холодно, хотя сейчас только начало ноября. Но Сибирь любит зиму, потому тут постоянно холодно, снег и недовольные люди.

Рождение смерти

Больница-роддом встретила их своей угрюмостью и недоброжелательностью персонала. Их тут никто, кажется, не ждал вовсе, но они всё же вошли в старое здание, ведь Лине становилось хуже с каждой минутой. Войдя внутрь, они не увидели посетителей, лишь безэмоциональные врачи их встретили взглядом.

Один из них подошёл к Лине и, не говоря ни слова, взял её под руку. После неё на полу оставалась полоска воды, все её штаны и обувь были мокрыми. Нисон молча отдал пакеты молодой медсестре, что косилась на него недобрым взглядом. Лина поднималась по ступенькам, грустно улыбаясь Нисону. Даже помочь ей никто не соизволил.