Я распахнул глаза и посмотрел на Дейзи, ожидая увидеть ее руки где-нибудь возле локтя. Она стояла, смежив веки и слегка хмурясь, однако ее ладони, сложенные одна поверх другой, зависли у меня на груди.

Прямо над сердцем.

«Энергия потечет туда, где таится боль».

– Что вы делаете? – рявкнул я, нарушая тишину и покой.

От моего резкого тона она открыла глаза и поспешно отдернула руки.

– Но ведь…

– Не знаю, что вам наговорил Джейсон, но вы должны восстановить мне локоть, а не лезть в голову.

«Или в любое другое место».

– Я просто…

– Забудьте об этом. – Я сел, свесив ноги со стола. – Спасибо, что позволили вздремнуть.

Я зашагал к теннисным кортам, даже не оглядываясь. Мне хотелось что-нибудь побить. Да посильнее. Я почти ожидал (или надеялся?), что Дейзи окликнет меня, но она позволила мне просто уйти.

– Дурацкая чертова рэйки, – пробурчал я. – Джейсон зря тратит деньги.

Партнер по тренировкам должен был прийти только ближе к вечеру, поэтому я прихватил одну из тренировочных ракеток, не переставая бормотать себе под нос, подкатил тележку с мячами к краю корта и занялся подачами. Я упорно старался не обращать внимания на то, что локоть двигался свободнее и не так сильно болел, как в последние месяцы.

Как и мое сердце. Впервые за десять лет.

Горе, за которое я цеплялся изо всех сил, грозило вот-вот вырваться, выплеснуться наружу дикой необузданной волной, неподвластной контролю, и превратить меня в хнычущего слабака. Нет уж, спасибо. Лучше спалить его в ярости, использовать на корте и направить против идиотов, судей и расистских засранцев, заслуживших это из-за своего поведения.

«А если тебя вышвырнут из тенниса?»

Я быстро отбросил эту мысль и сделал подачу, борясь с желанием оглянуться через плечо и посмотреть, не разочарована ли во мне Дейзи. Или она решила притвориться, что ей все равно?

Тут она появилась у ворот корта, и несмотря на ее хмурое лицо, где-то глубоко внутри я испытал облегчение.

Когда Кай соскочил со стола и направился прочь, у меня в голове мелькнула мысль вернуться в гостевой домик и завтра утром попробовать снова. Однако, обведя взглядом окружающую красоту и богатство – и вспомнив о деньгах, положенных Джейсоном на мой банковский счет, – я решила не сдаваться.

Бросать Кая не хотелось. Конечно, я не собиралась позволять ему вытирать об меня ноги, но с помощью рэйки увидела, как сильно он страдает. В его сердце плотным коконом угнездилось горе. Если бы он только позволил мне помочь его выпустить…

Я обошла бассейн и открыла ворота, ведущие на теннисный корт, где Кай подавал мячи в горло воображаемому сопернику.

– Что теперь вам надо? – рявкнул Кай при виде меня, но потом, словно пожалев о своих словах, опустил плечи и поднял руку с раскрытой ладонью.

– Этот жест что-то значит? – спросил я, двигаясь по корту в босоножках и длинном сарафане.

– Да, – ответил Кай и, подбросив мяч, послал его в сторону подальше от меня. – На языке тенниса это означает «мне жаль».

– В самом деле? – Я с улыбкой изогнула бровь и направилась к боковой стороне корта, где рядом со скамейкой валялось несколько тренировочных ракеток. Подняв одну из них, я слегка взмахнула ею в воздухе. – Значит, знаменитый Кай Соломон передо мной извиняется?

– Можете считать так, если вам от этого станет лучше. Обычно этот жест приберегается для случаев, когда мяч удачно отскочил от сетки или игрок еще каким-то образом непреднамеренно выиграл.

– Выиграл?

– Ударил по мячу так, что лишил другого игрока всяких шансов коснуться его. – Кай снова сделал подачу. – Я сделал кучу таких.

Я закатила глаза.

– Вы сама скромность.

– Просто констатирую факты. Причем зафиксированные. – Его губ коснулась легкая улыбка. – А статистика вовсе не хвастовство.

– Ваша статистика, – тихо заметила я, направляясь к центру площадки, – самый штрафуемый игрок тура.

– Джейсон снабдил вас полной информацией, да? – Кай нахмурился. – Ну да, разумеется. Иначе вы бы здесь не появились.

– Он показал нарезку из матчей, – пояснила я, еще раз неуклюже взмахнув ракеткой. – Большая часть увиденного мне понравилась. Подачи с ракеткой между колен. Твинеры? Представить не могу, что такое можно увидеть на крупном турнире.

– Я играю как хочу, – отозвался Кай. – Твинеры и общение со зрителями позволяют мне развлечься и не заснуть от скуки во время матча. Я не собираюсь это прекращать.

– И не нужно.

Он моргнул и опустил руки, как будто уже настроился спорить.

– Вы одобряете?