— В любое время. — Я закрыла входную дверь, прислонилась к ней спиной и зажмурила глаза.

Чёрт, он был красив. Моё сердце всё ещё трепетало.

— Всё в порядке, — сказала я себе. — Это нормально, что мой новый сосед горячий пожарный и отец-одиночка с мускулами и тёмными, задумчивыми глазами. Всё в порядке, потому что я — хозяйка своих чувств.

Медленно, я начала подниматься по лестнице, проводя ладонью вдоль перил и размышляя, был ли его пресс таким же твёрдым и рельефным, как его челюсть. Затем, я отдёрнула пальцы от дерева, как будто оно было горячим.

— Я также хозяйка своих рук. — Я снова начала подниматься по ступенькам, представляя, каково это чувствовать его щетину на своей щеке, может быть, прикусить его нижнюю губу.

— И моих зубов, — вызывающе сказала я. — Я определённо хозяйка своих зубов. И не буду кусать своего нового милого соседа.

Но я остановилась, когда достигла вершины лестницы.

— Если только он меня об этом не попросит.

Глава 4

ДЕКС

— Вы двое не можете просто так взять и уйти без предупреждения, — ругал я девочек, пока мы шли обратно к нашему дому. Меня не было максимум двадцать минут после того, как я, припарковав грузовик у дороги, сбегал в хозяйственный магазин за металлической скобой для сломанной ножки дивана. Когда я вернулся, девочек нигде не было. — Вы же знаете, что должны спрашивать разрешения, прежде чем выйти из дома.

— Мы не смогли найти тебя, — защищалась Хэлли, когда мы пересекали нашу подъездную дорожку. — И дядя Джастин сказал, что можно выйти на улицу, при условии, что мы не пойдём на парковку, чего мы и не сделали.

— Где тётя Бри?

— Ей пришлось забрать мальчиков домой, чтобы они поспали.

— Вы должны были пойти с ней.

— Мы не хотели.

— В следующий раз подождите меня. — Я открыл для них входную дверь, и они проскользнули в дом. — Понятно?

— Да, папочка, — сказали они хором, но я могу поклясться, что видел, как Хэлли закатила глаза. Для пущей убедительности я дёрнул её за одну из косичек. — Ты знаешь, что они кривые, да?

— Эй! Это ты их заплёл! — Хихикая, она отскочила от меня и бросилась вверх по ступенькам.

— Мне они нравятся такими, — поддразнил я, следуя за ней и дёргая за вторую. — Так тебя легко узнать со спины.

Наверху, в комнате девочек, мы с Джастином собрали две их кровати, в то время как они складывали свою одежду в комод.

— Папа, у нас есть банка? — спросила Хэлли, раскладывая свою одежду аккуратными стопка по ящикам, которые она выделила для себя.

— Банка? — Я затянул болт, крепящий изголовье к раме на кровати Луны. — Зачем?

— Чтобы собирать деньги каждый раз, когда ты говоришь плохое слово.

Джастин засмеялся. — Банка ругательств?

— Да, — ответила Хэлли. — Она так её назвала.

— Это кто так её назвал? — раздражённо спросил я.

— Винни.

— Кто такая Винни? — спросил Джастин.

— Она наша новая подруга, которая живёт по соседству. — Хэлли сложила несколько вещей, прежде чем положить их в ящик.

— Она дала мне пластырь, — сказала Луна, которой явно было наплевать на то, чтобы хранить что-то в сложенном виде, и она как попало пихала вещи в ящики. — Видишь?

Джастин послушно осмотрел колено, которое она показала. — Очень мило.

— Она сказала, что её папа тоже всегда говорил плохие слова, поэтому они с сёстрами сделали банку ругательств.

— К чёрту это, — сказал я.

— Слово на букву «Б» стоит доллар, папочка. Возможно, ты больше не захочешь его произносить. — Тон Хэлли был серьёзным, пока она расставляла свою обувь в шкафу именно так, как ей нравилось (прим. пер.: Декс часто произносит слово «fuck», что можно перевести разными способами).

Мой зять снова рассмеялся. — Как хорошо, что по соседству есть дети, с которыми вы можете играть. Сколько лет Винни?

Луна хихикнула. — Она не ребёнок.

— Она выглядит как ребёнок, — пробормотал я.

— Я не знаю, сколько ей лет, — задумчиво сказала Хэлли. — Может быть, она подросток?

— Это было бы неплохо, — сказал Джастин, проверяя устойчивость рамы и изголовья. — У тебя будет няня рядом.

— Я думаю, она старше, но ненамного. — Мои колени хрустнули, когда я поднялся на ноги. — Ладно, давай положим матрасы.