— Это еще что такое!

Сопровождаемая Сарой, Делла решительным шагом направилась к дому. Она на ходу сняла перчатки, фартук и соломенную шляпу, которую купила в деревне, чтобы предохранять лицо от солнца.

Хотя со дня своего приезда она ни разу лично не переговорила с синьором, он, к ее изумлению, согласился предоставить ей жилье. Впрочем, ведь она и не видит его в доме.

В ответ на его гостеприимство она занялась виллой. Дел было невпроворот: очистить сад от сорняков, убрать и проветрить комнаты, починить множество вещей, которые никогда бы не пришли в такое состояние, не будь хозяин слеп. Сопротивление экономки только подстегнуло ее решимость. Она хотела приносить пользу, а своей работой могла хоть в малой степени отплатить хозяину за его любезность.

Он никоим образом не выражал своего одобрения и вообще никак не реагировал на ее деятельность. Его присутствие в доме выдавали только шаги в коридоре по ночам.

Делла также знала, что он постоянно пьян. Однажды, увидев, что его дверь не заперта, она постучала и, не получив ответа, вошла. Хозяин оказался в комнате, о чем заявил тем, что с удивительной точностью запустил ей в голову глиняным кувшином, от которого она едва увернулась.

После того случая она решила, что ни он, ни его времяпрепровождение ее не касаются. А вот то, что его слуги причиняют ему насилие, ее очень даже касается, хотя бы как защитницу беспомощного инвалида.

Крики и вопли достигли ее ушей еще на первом этаже. Она стремительно поднялась по лестнице и открыла дверь в комнату как раз в тот момент, когда два дюжих парня повалили хозяина на пол и заломили ему руки за спину.

Зажатый между ними, синьор в грязной рубашке и бриджах, с обмотанной бинтами головой напоминал пугало или соломенную фигуру Гая Фокса. Он оказался выше и худощавее, чем она помнила. Судя по всему, ему не причинили вреда.

— Немедленно отпустите его! — приказала Делла на итальянском, познания в котором не простирались дальше классной комнаты.

Экономка, стоявшая возле двери, повернулась к Делле и вызывающе уперла руки в бока.

— Он pazzo, синьора. Его надо связать! Он прирежет нас в наших же кроватях!

— Глупости! — Делла ничего не знала об уходе за больными и еще меньше об уходе за помешанными, однако ей довелось повидать немало пьяных. — Он не сумасшедший, просто пьян. — Она приблизилась к мужчинам. — Сожалею, что ваши слуги посчитали необходимым прибегнуть к подобным методам, синьор, — обратилась она к поверженному хозяину, от которого сильно несло перегаром, — но вы должны понять их. Вы покалечите себя, если не успокоитесь. Я хочу вам помочь.

В ответ он злобно выругался и рванулся, едва не сбросив с себя парней.

— А-а-а! Связать его! Связать! — завопила экономка из дальнего угла комнаты, где, как она решила, будет безопаснее.

— Я запрещаю вам, — резко заявила Делла. Когда парни снова прижали своего пленника к полу, она наклонилась и выхватила у него полупустую бутылку, которой он размахивал как булавой. — Хватит! Будете делать так, как я скажу, вы поняли меня, синьор?

Он не ответил, но и не чертыхнулся и не попытался вырваться.

Удовлетворенная достигнутым результатом, Делла обратилась к парням:

— Теперь можете отпустить синьора.

Те устремили испуганные взгляды сначала на экономку, потом на Деллу, не зная, кому подчиняться. Экономка подскочила к Делле и, злобно прищурившись, выпалила:

— У вас нет права распоряжаться здесь. Никакого.

— Есть! — возразила Делла, хотя знала, что женщина права.

Экономка ощерилась, обнажив желтые зубы.

— Что вы намерены сделать с ним, синьора?

— Во-первых, я намереваюсь проследить за тем, чтобы его вымыли, переодели в чистое и сытно накормили. Во-вторых, он должен проспаться, чтобы… чтобы избавиться от своей дерзости! — Делла улыбнулась, вспомнив это образное выражение отца, и протянула бутылку экономке. — Уберите и больше никогда не приносите сюда ничего подобного, пока синьор не придет в себя. На обратном пути позовите двух поденщиц, а также захватите белье, чистую одежду для хозяина, новый наперник и побольше горячей воды. — Она оглядела комнату. — Вы думаете, если хозяин слеп, ему все равно? Здесь настоящий свинарник. Воняет, как в уборной! Нужно вычистить камин и открыть окна, чтобы проветрить, пол тщательно отскрести и вымыть. Далее: соберите все ковры и сожгите их, а также матрац.

В черных глазах экономки светилось восхищение, смешанное с изумлением

— Вы не знаете его, синьора. Он будет сопротивляться.

— Если он будет продолжать вести себя как испорченный ребенок, мне придется обращаться с ним соответственно. — Делла повернулась к хозяину, надеясь, что до него дойдет смысл ее следующего заявления: — Когда испорченный мальчишка капризничает, нужно игнорировать его.

— В последние дни у него была лихорадка, — предупредила экономка. — Вы можете заразиться.