— Замёрзла? — Рэй приподнял брови так, будто сам не ощущал низкой температуры. С другой стороны, он-то как раз дракон во второй ипостаси, может, ему действительно не холодно за счёт внутреннего жара.

— Да. У меня в комнате печь, но дверца оказалась запаянной. Я Кайто просила помочь, но он какую-то ерунду ответил…

Рэйден громко вздохнул и внезапно застонал.

— Ладно, будет тебе тёплая комната.

— Что?

Это как, интересно? Печь-то, похоже, действительно запаяна. Тем временем Рэйден приподнялся на руках и отодвинулся к изголовью кровати.

— Эта печь в своё время чуть не стала причиной пожара, она неправильно установлена, и я приказал её запаять. Отопление в Харакуне обеспечивается совсем другим способом… Ты обращала внимание на то, какие здесь толстые каменные стены?

Я кивнула. Внутри огромных помещений с каменными стенами были установлены бумажно-картонные перегородки, разделяющие пространства на комнаты, но сама основа Харакуна выглядела многовековой и массивной. На столь необычное архитектурное решение я обратила внимание в первый же день пребывания в замке. Да и в кабинете Рэйдена сейф оказался вмонтированным в не самую тонкую стену, ведь в нём, как я проверила позднее, хранились и деньги, и драгоценности, и какие-то древние свитки.

— На самом деле это двойные стены, а между ними воздушная прослойка в качестве отопления, — пробормотал Рэйден, теперь полностью опираясь спиной на изголовье, а ладонь положив на голый камень — единственную настоящую стену в спальне. Все остальные были деревянными.

— Но чтобы воздух согревал камень, он должен где-то подогреваться. Котёл, там, или печь. — Я всё ещё не могла понять, что задумал Рэй.

— Сейчас согреем.

С этими словами золотой огонь вспыхнул в груди мужчины и как жидкость заструился по руке, буквально впитываясь в стену. Я как завороженная смотрела на это изумительное чудо, потому что никогда не видела ничего подобного. Жидкий огонь вёл себя словно живой, яркими блестящими змейками побежал по камням вдоль крупных швов, наполняя комнату тёплым дыханием, и исчез за деревянными перегородками. Несколько секунд я глядела на магию, не в силах пошевелиться, а затем бросила взгляд на дракона и испуганно вскрикнула:

— Рэй, хватит!

Лицо мужчины потеряло краску, ещё недавно блестящие глянцем волосы облепили влажную шею и плечи, под глазами появились отчётливые серые тени, а красивые длинные пальцы дрожали. Я пронаблюдала, как жидкий золотой огонь истончается до ручейка, а затем и вовсе исчезает бесследно. Если вначале это показалась восхитительным зрелищем, то теперь я готова была проклинать тепло и спать в вечной мерзлоте, лишь бы только Рэйдену не стало действительно плохо.

— Не надо было… — Я шагнула к нему, не представляя, чем помочь, но он неожиданно сложил дрожащие пальцы в кулак.

— Теперь будет тепло, — хрипло сказал он. — А теперь, будь добра, уйди. У тебя выходной. Обед пускай принесёт Сатоши.

Чувствуя, как глаза начинает щипать, я стремительно покинула спальню. Ну вот зачем он так с собой? И со мной? Я же не просила тепла… Точнее, просила, но не представляла, что он выкинет такое. А если ему теперь совсем плохо станет? Я же себе этого не прощу…

*** Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Рэйден ненавидел чувствовать себя физически слабым, но ещё больше ненавидел моменты, когда не мог проявить себя как дракон тогда, когда это было необходимо. Дать людям, которые, несмотря ни на что, поселились в Харакуне, тепло и защиту с его точки зрения было тем минимумом, который он обязан сделать.

Как хозяин замка.

Как существо более высокого порядка. Просто как дракон.

Есть вещи, которые мы должны делать, хотим или не хотим — неважно. И заботиться о более слабых для Рэя всегда входило в этот список. А потому, прекрасно представляя, какую выворачивающую суставы боль от истончённых магических каналов он испытает, Рэйден вложил всю накопленную за три с лишним месяца после оборота магию в тепло.

Это было больно…

Хотя и не так, как Рэй себе представлял. Он думал, что от боли взвоет, но получилось даже сохранить достойную позу и не согнуться пополам, как будто в этот раз каналы укрепились быстрее, чем в прошлые годы. Лорен пришлось попросить удалиться, он и так уже испытал перед ней такой бездонный колодец стыда, что хотел оставить себе эту малость — неподвижно лежать в постели и ни о чем не думать.

Час шёл за часом. Днём Сатоши бесшумно принесла и поставила на тумбу поднос с обедом, но у Рэя хватило сил лишь на обезболивающий отвар. Пожилая женщина Рэйдену импонировала: она уважительно поклонилась и молча ушла из спальни, не задавая никаких вопросов. К вечеру Рэй уже выпил несколько отваров и почувствовал себя в состоянии перебраться в коляску и докатиться до уборной. Здесь всё было оборудовано специально для него: огромная чаша с низким бортиком и поручнями, за которые можно держаться, подтягивая тело на руках, раковина, также располагающаяся на уровне сидящего в кресле, дополнительные страховочные канаты, свисающие с вмонтированных в потолок крюков до самого пола. Последние — на случай, если Рэй всё-таки случайно окажется на полу, чтобы смог подняться без посторонней помощи обратно в кресло.

Рэйден очень любил свою переделанную просторную уборную, потому что из многих помещений это было место, где он действительно чувствовал себя мужчиной — по крайней мере, не беспомощным.

Дракон как раз высушивал полотенцем волосы, когда почувствовал тонкую вибрацию стен замка. Рэйден прикрыл глаза, вслушиваясь.

Ещё один дракон прилетел без приглашения в гости, и он даже точно мог сказать, кто это.

Как же некстати.

Как-то тесно становится в последнее время в Харакуне.